Служим России, служим закону!
Карта Москвы

Судебная страничка

Определение Верховного Суда Российской Федерации от 18 июля     2017 года № 47-КГ17-8 «О возложении обязанности передать оригинал паспорта транспортного средства на автомобиль, взыскании неустойки, штрафа, компенсации морального вреда»

Закон о защите прав потребителей предусматривает неустойку за несвоевременную передачу именно товара. Однако Верховный Суд Российской Федерации пояснил, что к товару относятся и необходимые документы на него. Например, если нет оригинала ПТС, это недостаток автомобиля как товара. А если недостаток по требованию потребителя не устранить, продавец обязан уплатить неустойку.

Неустойка по Закону о защите прав потребителей выплачивается за каждый день просрочки в размере 0,5 % от суммы предоплаты за товар. Период, за который может быть взыскана неустойка, определяется следующими моментами:

со дня, когда товар нужно было передать;

до передачи товара потребителю либо до удовлетворения его требования о возврате предварительно уплаченной суммы.

Важно помнить, что сумма неустойки не может быть больше предоплаты за товар.

 

Определение Верховного Суда Российской Федерации от 27 июля     2017 года по делу № 305-ЭС17-2343, А40-125038/2015 «О взыскании денежных средств на возмещение субсидии за содержание и текущий ремонт общего имущества, процентов за пользование чужими денежными средствами»

Истцу не откажут в иске только потому, что он вместо установленной договором или законом неустойки требует проценты по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации[1]. Однако проценты, которые истец первоначально рассчитал по этой статье, он сможет получить лишь в пределах суммы неустойки. Это следует из определения Верховного Суда Российской Федерации.

Из выводов Верховного Суда Российской Федерации следует, что на стадии подготовки к разбирательству истец может уточнить сумму своих требований с учетом положений о неустойке, а ответчик – заявить о ее уменьшении. Предполагается, что это позволит сторонам не останавливаться на данных вопросах при рассмотрении дела по существу и сэкономить время.

Сходное мнение Верховный Суд Российской Федерации уже высказывал чуть более года назад.



[1] Далее – «ГК РФ».

Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 19 июля 2017 года № 22-П «По делу о проверке конституционности положений части 1 и пункта 2 части 2 статьи 20 Федерального закона «О миграционном учете иностранных граждан и лиц без гражданства в Российской Федерации» в связи с жалобами граждан США Н.Д. Вордена и П.Д. Олдхэма»

Конституционный Суд Российской Федерации признал не соответствующими Конституции Российской Федерации положения части 1 и пункта 2 части 2 статьи 20 Федерального закона «О миграционном учете иностранных граждан и лиц без гражданства в Российской Федерации» (далее – Закон) в той мере, в какой они содержат неопределенность как в вопросе о том, допустима ли и в каком случае в отношении иностранного гражданина (лица без гражданства), временно пребывающего в Российской Федерации, постановка его на учет по месту пребывания по месту нахождения (адресу) принимающей стороны, так и в вопросе о том, каким образом соотносятся обязанности в сфере миграционного учета временно пребывающего в Российской Федерации иностранного гражданина (лица без гражданства) и принимающей стороны в части обеспечения постановки его на учет именно по месту (адресу), по которому он должен быть в соответствии с установленным порядком поставлен на учет по месту пребывания, притом что нарушение установленного порядка может повлечь привлечение иностранного гражданина (лица без гражданства) к юридической ответственности.

Федеральному законодателю надлежит незамедлительно принять меры по устранению неопределенности нормативного содержания части 1 и пункта 2 части 2 статьи 20 Закона. Впредь до внесения в Закон надлежащих изменений, вытекающих из настоящего постановления:

при решении вопроса о выборе места постановки иностранного гражданина (лица без гражданства) на учет по месту пребывания, равно как и при оценке наличия в его действиях признаков нарушения режима пребывания (проживания) в Российской Федерации положения части 1 и пункта 2 части 2 статьи 20 названного Федерального закона не могут рассматриваться как обязывающие временно пребывающего в Российской Федерации иностранного гражданина (лица без гражданства), поставленного на миграционный учет по месту нахождения (адресу) пригласившей его организации (принимающей стороны), правовая связь с которой, основанная на положениях законодательства Российской Федерации, в период пребывания в Российской Федерации им не утрачивается, вставать на миграционный учет по месту нахождения (адресу) жилого помещения, которое ему предоставила принимающая сторона и в котором он временно проживает;

во всех иных случаях иностранные граждане и лица без гражданства должны, если в названном Федеральном законе прямо не указаны иные правила миграционного учета, вставать на учет по месту пребывания в месте их фактического проживания.

Решение Верховного Суда Российской Федерации от 24 мая 2017 года  № АКПИ17-103 «Об оспаривании подпунктов 5, 11 и 12 пункта 5 Требований к форме, порядку оформления и направления адвокатского запроса, утвержденных приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14 декабря 2016 г. № 288, и приложения № 1 к Требованиям»

Верховный суд Российской Федерации разрешил не раскрывать персональные данные доверителя в адвокатском запросе и не разъяснять, зачем защитнику нужна та или иная информация. Раскрывать в адвокатском запросе имя доверителя без его согласия – значит, нарушать закон о персональных данных, так решил Верховный суд Российской Федерации по итогам рассмотрения жалобы на форму запроса, которую направили адвокаты. Из данного правила могут быть исключения, установленные законом, но в их отсутствие сообщать имя доверителя третьим лицам неправомерно.

Помимо этого, Верховный суд Российской Федерации признал недействительным требование обосновывать, для чего адвокату нужна та или иная информация.

Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 2016 год (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13 апреля 2016 года). Вопросы применения Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях

Вопрос: Какие обязанности судья вправе возложить на лицо, признанное больным наркоманией либо потребляющим наркотические средства или психотропные вещества без назначения врача либо новые потенциально опасные психоактивные вещества, при назначении административного наказания за совершение административного правонарушения в области законодательства о наркотических средствах, психотропных веществах и об их прекурсорах?

Ответ: Частью 2.1 статьи 4.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП Российской Федерации) судья наделяется правом возложения на лицо, признанное больным наркоманией либо потребляющим наркотические средства или психотропные вещества без назначения врача либо новые потенциально опасные психоактивные вещества, обязанность пройти диагностику, профилактические мероприятия, лечение от наркомании и (или) медицинскую и (или) социальную реабилитацию.

Согласно статье 24.1 КоАП Российской Федерации задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствовавших совершению административных правонарушений.

При этом судьи оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности. Никакие доказательства не могут иметь заранее установленную силу (статья 26.11 КоАП Российской Федерации).

На основании изложенного судья, разрешая дело об административном правонарушении, в зависимости от обстоятельств дела и исследованных доказательств принимает решение о необходимости возложения на лицо как совокупности соответствующих обязанностей, включая диагностику, профилактические мероприятия, лечение от наркомании, так и альтернативных обязательств в виде медицинской и (или) социальной реабилитации.

Вопрос: Образует ли объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного статьей 6.9.1 КоАП Российской Федерации, повторное уклонение от прохождения диагностики, профилактических мероприятий, лечения от наркомании и (или) медицинской и (или) социальной реабилитации лица, на которое судом возложена обязанность пройти диагностику, профилактические мероприятия, лечение от наркомании и (или) медицинскую и (или) социальную реабилитацию в связи с потреблением наркотических средств или психотропных веществ без назначения врача либо новых потенциально опасных психоактивных веществ?

Ответ: Статьей 6.9.1 КоАП Российской Федерации предусмотрена административная ответственность за уклонение от прохождения диагностики, профилактических мероприятий, лечения от наркомании и (или) медицинской и (или) социальной реабилитации лицом, на которое судом возложена обязанность пройти диагностику, профилактические мероприятия, лечение от наркомании и (или) медицинскую и (или) социальную реабилитацию в связи с потреблением наркотических средств или психотропных веществ без назначения врача либо новых потенциально опасных психоактивных веществ. При этом лицо считается уклоняющимся от прохождения диагностики, профилактических мероприятий, лечения от наркомании и (или) медицинской и (или) социальной реабилитации, если оно не посещает или самовольно покинуло медицинскую организацию или учреждение социальной реабилитации либо не выполнило более двух раз предписания лечащего врача.

Объективная сторона названного административного правонарушения характеризуется уклонением лица от прохождения диагностики,          профилактических мероприятий, лечения от наркомании и (или) медицинской и (или) социальной реабилитации.

Как разъяснено в п.19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», административное правонарушение считается оконченным с момента, когда в результате действия (бездействия) лица имеются все предусмотренные законом признаки состава административного правонарушения.

Противоправное деяние, ответственность за которое предусмотрена статьей 6.9.1 КоАП Российской Федерации, может являться длящимся в зависимости от объективной стороны соответствующего деяния.

Так, длящимся правонарушением признается непосещение лицом, на которое судом возложена соответствующая обязанность, медицинской организации или учреждения социальной реабилитации.

Длящимся правонарушением также является самовольное оставление лицом, привлеченным к административной ответственности, медицинской организации или учреждения социальной реабилитации, поскольку такое деяние влечет непосещение лицом соответствующей организации или учреждения.

В указанных случаях лицо, привлеченное к административной ответственности за уклонение от прохождения диагностики, профилактических мероприятий, лечения от наркомании и (или) медицинской и (или) социальной реабилитации в связи с потреблением наркотических средств или психотропных веществ без назначения врача либо новых потенциально опасных психоактивных веществ, может быть привлечено к административной ответственности неоднократно в течение всего периода исполнения возложенной судом обязанности.

Определяя начало срока давности для правонарушения, связанного с невыполнением более двух раз предписания лечащего врача, следует учитывать содержание такого предписания. Так, нарушение предписания лечащего врача о необходимости посещать медицинское учреждение одновременно связано с непосещением лицом соответствующей организации или учреждения и в связи с этим является длящимся.

В подобных ситуациях лицо может быть привлечено к административной ответственности неоднократно в течение всего периода исполнения возложенной судом обязанности.

 

Обзор судебной практики по делам по заявлениям прокуроров об обращении в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30 июня 2017 года)

Верховным Судом Российской Федерации обобщена практика рассмотрения судами в 2013 – 2016 гг. дел по заявлениям прокуроров об обращении в доход государства имущества, в отношении которого не представлены доказательства его приобретения на законные доходы.

В обзоре отражены, в частности, следующие выводы:

при выявлении незначительного расхождения доходов, законность происхождения которых подтверждена, и размера расходов на приобретение соответствующего имущества суд вправе определить ту его часть, которая приобретена на доходы, законность происхождения которых не доказана, и потому подлежит обращению в доход Российской Федерации;

ответчик вправе представлять любые допустимые доказательства в подтверждение законности происхождения средств, затраченных на приобретение спорного имущества. Если в обоснование законности доходов ответчик ссылается на получение им денежных средств по гражданско-правовым сделкам, то суд должен вынести на обсуждение как обстоятельство, имеющее значение для правильного разрешения дела, вопрос о реальности получения денежных средств по таким сделкам, а также были ли эти средства направлены на приобретение спорного имущества;

не подлежат контролю за расходами сделки, совершенные супругом (супругой) лица, в отношении которого осуществляется контроль за расходами, в течение отчетного периода, но до вступления в брак с этим лицом. Имущество, полученное по таким сделкам, не может быть обращено в доход Российской Федерации в порядке, предусмотренном подпунктом 8 пункта 2 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации;

в случае утраты должником имущества, которое было обращено в доход Российской Федерации, суд вправе изменить способ исполнения решения суда путем взыскания с должника стоимости такого имущества.

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 мая 2017 года № 15 «О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении судами дел об административном надзоре за лицами, освобожденными из мест лишения свободы»

Пленум дал разъяснения по вопросам, возникающим у судов при рассмотрении административных дел об административном надзоре за лицами, освобожденными из мест лишения свободы, в частности, было разъяснено, что для предупреждения совершения лицами, освобожденными из мест лишения свободы, преступлений и других правонарушений, оказания на них индивидуального профилактического воздействия в целях защиты государственных и общественных интересов в соответствии с Федеральным законом от 6 апреля 2011 года № 64-ФЗ «Об административном надзоре за лицами, освобожденными из мест лишения свободы» (далее – Закон) в отношении указанных лиц судом устанавливаются временные ограничения их прав и свобод, возлагаются определенные обязанности (далее – административное ограничение).

Органами внутренних дел осуществляется наблюдение за соблюдением лицом, в отношении которого установлены административные ограничения (далее – поднадзорное лицо), таких ограничений (далее – административный надзор).

Административное ограничение не является наказанием за совершение преступления и (или) правонарушения, а представляет собой меру, направленную на предотвращение повторного совершения преступлений и (или) иных правонарушений лицами, имеющими судимость за определенные виды преступлений, предусмотренные Законом, посредством осуществления административного надзора (пункт 5 части 3 статьи 1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, статья 2 Закона).

Данные дела рассматриваются судами в порядке главы 29 Кодекса.

Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 2 марта 2017 года 4-П «По делу о проверке конституционности положений пункта 3  части первой статьи 24, пункта 1 статьи 254 и части восьмой статьи 302  Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой граждан В.Ю. Глазкова и В.Н. Степанова»

Прекращение уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования с согласия обвиняемого (подсудимого) не лишает потерпевших возможности защиты их прав и законных интересов.

Конституционный Суд Российской Федерации признал не противоречащими Конституции Российской Федерации взаимосвязанные положения пункта 3 части первой статьи 24, пункта 1 статьи 254 и части восьмой статьи 302 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее – УПК Российской Федерации), поскольку содержащиеся в них положения по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования предполагают, что при прекращении уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования с согласия обвиняемого (подсудимого):

потерпевший, если у него имеются обоснованные сомнения в правильности исчисления срока давности уголовного преследования, вправе представить свои возражения против прекращения уголовного дела, которые должны быть исследованы судом, а в случае вынесения решения о прекращении уголовного дела – оспорить его по мотивам незаконности и необоснованности в установленном процессуальным законом порядке;

для потерпевшего сохраняется возможность защитить свои права и законные интересы в порядке гражданского судопроизводства с учетом правил о сроках исковой давности, а обвиняемый (подсудимый) не освобождается от обязательств по возмещению причиненного противоправным деянием ущерба; при этом потерпевшему должно обеспечиваться содействие со стороны государства в лице его уполномоченных органов в получении доказательств, подтверждающих факт причинения такого ущерба;

суд, рассматривающий в порядке гражданского судопроизводства иск о возмещении ущерба, причиненного подвергавшимся уголовному преследованию лицом, должен принять данные предварительного расследования, включая сведения, содержащиеся в решении о прекращении в отношении этого лица уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, в качестве письменных доказательств, которые – наряду с другими имеющимися в деле доказательствами – он обязан оценивать по своему внутреннему убеждению, основанному на их всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании;

потерпевший не лишен возможности обратиться в суд с заявлением о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок.

 

Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 7 марта 2017 года 5-П «По делу о проверке конституционности пункта 1 части третьей статьи 81 и статьи 401.6 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами гражданина А.Е. Певзнера»

Конфискация орудия преступления в рамках прекращения уголовного преследования по нереабилитирующим основаниям признана не противоречащей Конституции Российской Федерации.

Конституционный Суд Российской Федерации признал не противоречащими Конституции Российской Федерации:

пункт 1 части третьей статьи 81 УПК Российской Федерации, поскольку содержащиеся в нем положения предполагают, что лишение обвиняемого (подсудимого), в отношении которого решается вопрос о прекращении уголовного дела в связи с истечением срока давности уголовного преследования, принадлежащего ему на законных основаниях имущества, признанного в качестве орудия преступления или иного средства его совершения вещественным доказательством, и, соответственно, прекращение права собственности обвиняемого (подсудимого) на это имущество могут производиться при отсутствии возражения обвиняемого (подсудимого) против прекращения уголовного дела по данному основанию и при условии разъяснения ему юридических последствий такого прекращения, включая конфискацию, а если такого согласия с его стороны, в том числе в части прекращения права собственности на указанное имущество, не получено – при вынесении обвинительного приговора с освобождением осужденного от наказания;

статью 401.6 УПК Российской Федерации, поскольку она не предполагает пересмотра (отмены или изменения) в кассационном порядке вступившего в законную силу судебного решения, в соответствии с которым имущество, принадлежащее на законных основаниях обвиняемому (подсудимому), уголовное дело в отношении которого было прекращено в связи с истечением срока давности уголовного преследования, и признанное в качестве орудия или иного средства совершения преступления вещественным доказательством, не подлежит конфискации, по прошествии одного года со дня вступления такого судебного решения в законную силу.

 

Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от  10  марта 2017 года № 6-П «По делу о проверке конституционности статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан А.С. Аринушенко, Г.С.  Бересневой и других»

Потерпевший вправе получить с виновника ДТП возмещение вреда в размере, превышающем выплату по ОСАГО. Такую позицию обозначил Конституционный Суд Российской Федерации в своем постановлении.

Конституционный Суд Российской Федерации рассмотрел следующую ситуацию. Потерпевшие в ДТП через суд пытались взыскать возмещение по ОСАГО со страховых компаний и ущерб – с виновников ДТП.

Если в части взыскания страховки у судов вопросов не возникло, то во взыскании ущерба суды отказывали. Так, разбирая одно из дел, суд сослался на разъяснения Верховного Суда Российской Федерации, согласно которым с причинителя вреда можно взыскать дополнительную сумму, которая рассчитывается по специальной Единой методике с учетом износа подлежащих замене деталей. По мнению суда, страховщик уже возместил ущерб с учетом такого износа, поэтому во взыскании ущерба с причинителя вреда было отказано.

Конституционный Суд Российской Федерации с этим выводом не согласился. Он отметил: если страховой выплаты потерпевшему недостаточно, чтобы покрыть фактический ущерб (полную стоимость новых деталей), разницу можно восполнить за счет причинителя вреда.

Кроме того, Конституционный Суд Российской Федерации сослался на позицию Пленума Верховного Суда Российской Федерации 2015 года. Расходы на новые материалы, которые истец использовал или будет использовать, по общему правилу полностью включаются в состав реального ущерба. Речь идет о ситуации, когда истцу нужно устранить повреждения его автомобиля.

Таким образом, потерпевший, которому выплатили возмещение по ОСАГО с учетом износа деталей, вправе рассчитывать на полное возмещение имущественного вреда. При этом он должен доказать, что его фактический ущерб больше суммы полученной страховки. В свою очередь, причинитель вреда может, например, ходатайствовать о назначении судебной экспертизы, о снижении размера возмещения ущерба.

После того как Конституционный Суд Российской Федерации обозначил свою позицию, вероятно, споров на практике по рассмотренному вопросу больше не возникнет.

 

Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от  16  марта 2017 года № 7-П «По делу о проверке конституционности положений пункта 2 части второй статьи 30 и пункта 1 части третьей статьи 31  Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, части второй статьи 57 и части второй статьи 59 Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина В.Д. Лабусова»

По мнению Конституционного Суда Российской Федерации, лишение мужчин старше шестидесяти пяти лет права на рассмотрение их уголовных дел судом с участием присяжных не имеет разумного и достаточного обоснования.

Конституционный Суд Российской Федерации признал не соответствующими Конституции Российской Федерации положения пункта 1 части третьей статьи 31  УПК Российской Федерации в той мере, в какой в системе действующего правового регулирования, в том числе во взаимосвязи с пунктом 2 части второй статьи 30 УПК Российской Федерации, частью второй статьи 57 и частью второй статьи 59 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК Российской Федерации), ими исключается возможность рассмотрения судом в составе судьи верховного суда республики, краевого, областного или равного им по уровню суда и коллегии из двенадцати присяжных заседателей уголовного дела по обвинению достигшего шестидесятипятилетнего возраста мужчины в совершении преступления, предусмотренного частью второй статьи 105 УК Российской Федерации, при том что уголовное дело по обвинению мужчины в возрасте от восемнадцати до шестидесяти пяти лет, а также женщины старше восемнадцати лет в совершении такого преступления при тех же условиях может быть рассмотрено судом в этом составе.

Конституционный Суд Российской Федерации, в частности, указал, что обстоятельства, обусловленные пожилым возрастом, такие как ослабленное здоровье, сложности в адаптации к переменам и другие, влекут обязанность государства обеспечить поддержку данной категории граждан прежде всего в социальной сфере; пожилой возраст подозреваемых и обвиняемых подлежит учету на основе материально-правовых и процессуальных норм, но сам по себе не обусловливает введение особых процедур государственной защиты их прав, в том числе не предполагает дифференциацию уголовно-процессуальной формы, включая порядок судебного разбирательства по уголовному делу.

 

Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от  17  марта 2017 года № 8-П «По делу о проверке конституционности положения пункта 13 части 1 статьи 13 Федерального закона «О полиции» в связи с жалобой гражданина В.И. Сергиенко»

Доставление в отделение полиции гражданина, осуществляющего одиночное пикетирование, не противоречит Конституции Российской Федерации, поскольку направлено на защиту его жизни и здоровья.

Конституционный Суд Российской Федерации признал не противоречащим Конституции Российской Федерации положение пункта 13 части 1 статьи 13  Федерального закона «О полиции» о доставлении полицией гражданина в служебное помещение территориального органа или подразделения полиции, в помещение муниципального органа, в иное служебное помещение в целях его защиты от непосредственной угрозы его жизни и здоровью в случае, если он не способен позаботиться о себе либо если опасности невозможно избежать иным способом, в части его распространения на проводящего одиночное пикетирование гражданина, поскольку оно подразумевает, что:

угроза жизни и здоровью такого гражданина в месте проведения пикета является реальной, а не предполагаемой, выражаясь в высоком риске причинения вреда его жизни и здоровью в результате его собственных действий, действий иных лиц или проявления природных, техногенных и других факторов;

у сотрудников полиции отсутствует объективная возможность иными законными действиями устранить данную угрозу или противостоять ей без прекращения пикетирования, при том что гражданин отказывается от перемещения его в другое (помимо служебного помещения территориального органа или подразделения полиции, муниципального органа, иного служебного помещения) безопасное место, либо препровождение гражданина в соответствующее служебное помещение является в имеющихся условиях единственным способом избежать причинения вреда его жизни и здоровью;

указанное доставление осуществляется в максимально короткий срок и после составления протокола о доставлении, если основания для применения к нему данной меры отпали, гражданин подлежит незамедлительному освобождению;

применение полицией данной меры к гражданам, проводящим одиночное пикетирование, при очевидном отсутствии названных оснований к ее применению может расцениваться как неправомерное ограничение конституционных прав на свободу и личную неприкосновенность и на проведение публичных мероприятий, влекущее установленную законом ответственность.

Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от  10  февраля 2017 года № 2-П «По делу о проверке конституционности положений статьи 212.1 Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина И.И. Дадина»

Конституционный Суд Российской Федерации признал не противоречащими Конституции Российской Федерации основания привлечения к уголовной ответственности за нарушение установленного порядка организации либо проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования, если это деяние совершено неоднократно.

Конституционный Суд Российской Федерации признал статью 212.1  Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК Российской Федерации) не противоречащей Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования содержащиеся в ней положения:

позволяют подвергать уголовному преследованию за нарушение установленного порядка организации либо проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования лицо, ранее не менее трех раз в течение 180 дней привлекавшееся к административной ответственности за административные правонарушения, предусмотренные статьей 20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП Российской Федерации), если это лицо в пределах срока, в течение которого оно считается подвергнутым административному наказанию за указанные административные правонарушения, вновь нарушило установленный порядок организации либо проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования;

предполагают, что привлечение лица к уголовной ответственности за преступление, предусмотренное данной статьей, возможно только в случае, если нарушение им установленного порядка организации либо проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования повлекло за собой причинение или реальную угрозу причинения вреда здоровью граждан, имуществу физических или юридических лиц, окружающей среде, общественному порядку, общественной безопасности или иным конституционно охраняемым ценностям;

исключают возможность привлечения к уголовной ответственности за нарушение установленного порядка организации либо проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования лица, в отношении которого на момент совершения инкриминируемого ему деяния отсутствовали вступившие в законную силу судебные акты о привлечении не менее трех раз в течение 180 дней к административной ответственности за административные правонарушения, предусмотренные статьей 20.2 КоАП Российской Федерации;

допускают привлечение лица к уголовной ответственности за нарушение установленного порядка организации либо проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования на основании данной статьи только в случае, если совершенное им деяние носило умышленный характер;

означают, что фактические обстоятельства, установленные вступившими в законную силу судебными актами по делам об административных правонарушениях, сами по себе не предопределяют выводы суда о виновности лица, в отношении которого они были вынесены, в совершении предусмотренного данной статьей преступления, которая должна устанавливаться судом в предусмотренных уголовно-процессуальным законом процедурах на основе всей совокупности доказательств, включая не исследованные при рассмотрении дел о совершенных этим лицом административных правонарушениях;

подразумевают возможность назначения лицу наказания в виде лишения свободы лишь при том условии, что нарушение им установленного порядка организации либо проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования повлекло за собой утрату публичным мероприятием мирного характера (если соответствующее нарушение не подпадает под признаки преступления, предусмотренного статьей 212 «Массовые беспорядки» УК  Российской Федерации) или причинение либо реальную угрозу причинения существенного вреда здоровью граждан, имуществу физических или юридических лиц, окружающей среде, общественному порядку, общественной безопасности или иным конституционно охраняемым ценностям, притом что без назначения данного вида наказания невозможно обеспечить достижение целей уголовной ответственности за преступление, предусмотренное данной статьей.

При этом Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что федеральный законодатель правомочен внести в статью 212.1 УК Российской Федерации изменения, направленные на уточнение нормативных оснований привлечения к уголовной ответственности за предусмотренное данной статьей преступление и мер наказания за его совершение. 

 

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 7 февраля 2017 года 6 «О внесении изменений в постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года 43 «О  некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» и от 24 марта 2016 года 7 «О  применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»

Верховным Судом Российской Федерации уточнены разъяснения, касающиеся срока исковой давности и размера процентов за пользование чужими денежными средствами.

Поправками установлено, в частности, что:

заявление о пропуске исковой давности может быть сделано также в судебных прениях в суде первой инстанции;

согласно пункту 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей до 1 августа 2016 года, размер процентов за пользование чужими денежными средствами, начисляемых за периоды просрочки исполнения денежного обязательства, имевшие место с 1 июня 2015 года по 31 июля 2016 года включительно, если иной размер процентов не был установлен законом или договором, определяется в соответствии с существовавшими в месте жительства кредитора – физического лица или в месте нахождения кредитора – юридического лица опубликованными Банком России и имевшими место в соответствующие периоды средними ставками банковского процента по вкладам физических лиц;

если иной размер процентов не установлен законом или договором, размер процентов за пользование чужими денежными средствами, начисляемых за периоды просрочки, имевшие место после 31 июля 2016 года, определяется на основании ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

 

Определение Верховного Суда Российской Федерации от 12 января 2017  года № 56-КГ16-40

Верховный Суд Российской Федерации признал правомерным отказ в согласовании проекта перепланировки квартиры, указав, что Жилищный кодекс Российской Федерации (далее – ЖК Российской Федерации) не предусматривает объединение жилого помещения с нежилым без перевода жилого помещения в нежилое либо нежилого помещения в жилое.

Собственнику нежилого помещения и квартиры, имеющей с нежилым помещением общую стену, было отказано в согласовании перепланировки квартиры и присоединении ее к нежилому помещению. Он предполагал увеличить площадь нежилого помещения за счет дверного проема в общей стене.

Суды первой и апелляционной инстанций посчитали отказ незаконным, поскольку, по их мнению, устройство дверного проема в стене, разделяющей спорные помещения, не окажет отрицательного влияния на техническое состояние и эксплуатационную пригодность жилого дома.

Однако Верховный Суд Российской Федерации признал данные выводы ошибочными, указав, что часть 4 статьи 29 ЖК Российской Федерации об условиях сохранения жилого помещения в переустроенном (перепланированном) состоянии применяется с учетом специальных норм.

В пункте 1.7.2 Правил и норм технической эксплуатации жилищного фонда, утвержденных постановлением Госстроя России от 27 сентября 2003 года № 170, указано, что переоборудование и перепланировка, ведущие к нарушению прочности или разрушению несущих конструкций здания, нарушению в работе инженерных систем, оборудования, ухудшению сохранности и внешнего вида фасадов, нарушению противопожарных устройств, не допускаются. Устройство дверного проема в несущей стене здания является конструктивным изменением несущей конструкции и запрещено законом. Кроме того, ширина предполагаемого проема 160 см, в то время как в стене, разделяющей спорные помещения, предусмотрен дверной проем шириной 88 см.

ЖК Российской Федерации не предусмотрено объединение жилого помещения с нежилым помещением без перевода жилого помещения в нежилое либо нежилого помещения в жилое. Заявитель с такой просьбой в уполномоченный орган не обращался.

Верховный Суд Российской Федерации признал отказ в согласовании перепланировки правомерным.

 

Постановление Верховного Суда Российской Федерации от 16 декабря 2016 года № 78-АД16-38

Верховный Суд Российской Федерации признал требования прокурора от работодателя применить к сотрудникам дисциплинарные взыскания, изложенные в представлении, незаконными.

Позиция Верховного Суда Российской Федерации заключается в том, что применение к работнику мер дисциплинарной ответственности является правом, а не обязанностью работодателя, производится в законодательно установленном порядке. Содержащееся в представлении прокурора императивное требование о рассмотрении вопроса о привлечении виновных должностных лиц к дисциплинарной ответственности с предоставлением копий соответствующих приказов противоречит нормам Закона о прокуратуре и Трудового кодекса Российской Федерации.

Апелляционное определение Московского городского суда (далее – Мосгорсуд) от 24 августа 2016 года по делу 33-27314/2016 года

Работодатель должен потребовать у сотрудника объяснения, прежде чем уволить за прогул.

Такой подход, который уже прочно закрепился в судебной практике, вновь подтвердил Мосгорсуд.

Компания уволила двух сотрудников за прогул на основании служебных записок и актов о самовольном уходе с работы. Но работодатель не учел: прежде чем увольнять сотрудников, нужно потребовать от них письменных объяснений. Работники должны указать, почему их не было на работе. 

Суд посчитал, что работодатель нарушил порядок применения дисциплинарных взысканий. Увольнять сотрудников было нельзя.

 

Определение Верховного Суда Российской Федерации (далее – ВС РФ) от 13 сентября 2016 года № 18-КГ16-102

ВС РФ суд поддержал банк в споре с заемщиком, который пытался изменить условия выплаты кредита. Должник в суде требовал снизить платежи, так как его финансовое положение ухудшилось: он уволился с работы по собственному желанию.

Увольнение – не повод уменьшать платежи по кредиту. По мнению ВС РФ, оно не считается существенным изменением обстоятельств, из-за которых договор нужно менять. Клиент может погасить долг перед банком за счет другого дохода или денег от продажи имущества.

В деле, которое рассматривал ВС РФ, была еще одна особенность: заемщик взял кредит в евро, курс которого потом вырос. Должник посчитал, что по такому основанию можно изменить условия договора. Однако ВС РФ и это не расценил как существенное изменение обстоятельств. Подобный подход встречался также в практике Конституционного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации.

 

Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от  20  октября 2016 года № 20-П «По делу о проверке конституционности положений части четвертой статьи 25.10 и подпункта 1 части первой статьи 27 Федерального закона «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию» в связи с жалобой гражданина Республики Корея Х.»

Иностранные граждане, в отношении которых было принято решение о нежелательности их пребывания в Российсской Федерации в силу инфекционного заболевания, имеют право на обратный въезд в Российсскую Федерацию в случае подтверждения факта излечения.

Конституционный Суд Российской Федерации признал положения части четвертой статьи 25.10 и подпункта 1 части первой статьи 27 Федерального закона «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию»:

соответствующими Конституции Российской Федерации в той мере, в какой они предусматривают возможность принятия в отношении иностранного гражданина или лица без гражданства, у которого обнаружено инфекционное заболевание, представляющее опасность для окружающих, решения о нежелательности его пребывания (проживания) в Российской Федерации в случае отказа либо уклонения такого иностранного гражданина или лица без гражданства от лечения, а также нарушения им установленного порядка лечения, влекущих возникновение реальной угрозы для здоровья населения;

не соответствующими Конституции Российской Федерации в той мере, в какой в системе правового регулирования отношений по поводу принятия решения о нежелательности пребывания (проживания) в Российской Федерации иностранного гражданина или лица без гражданства в связи с наличием у него инфекционного заболевания, представляющего опасность для окружающих, эти положения создают непреодолимые препятствия для въезда такого иностранного гражданина или лица без гражданства в Российскую Федерацию – вне зависимости от факта его последующего документально подтвержденного излечения от данного инфекционного заболевания.

Федеральному законодателю надлежит внести необходимые изменения в порядок принятия решения о нежелательности пребывания (проживания) в Российской Федерации иностранного гражданина или лица без гражданства, страдающего инфекционным заболеванием, представляющим опасность для окружающих, в случае его выезда на лечение за пределы Российской Федерации, а также определить порядок отмены такого решения при подтверждении факта излечения иностранного гражданина или лица без гражданства от соответствующего инфекционного заболевания.

Кроме того, Конституционный Суд Российской Федерации указал, что впредь до внесения в правовое регулирование соответствующих отношений надлежащих изменений, вытекающих из настоящего Постановления, суд вправе отменить решение о нежелательности пребывания (проживания) в Российской Федерации иностранного гражданина или лица без гражданства, принятое в связи с выявлением у него инфекционного заболевания, представляющего опасность для окружающих, в случае документального подтверждения факта его излечения от данного заболевания и медицинского освидетельствования в Российской Федерации, для прохождения которого такому иностранному гражданину или лицу без гражданства должна быть предоставлена возможность въехать на территорию Российской Федерации.

«Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации  3 (2016)» (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19 октября 2016 года)

Верховный Суд Российской Федерации подготовил третий обзор судебной практики в 2016 году.

В документе рассмотрены в том числе:

практика разрешения споров, возникающих из договорных, обязательственных отношений, споров, связанных с трудовыми, социальными, жилищными, семейными, налоговыми правоотношениями, практика рассмотрения дел, возникающих из административных и иных публичных отношений, процессуальные вопросы, возникающие при рассмотрении гражданских и уголовных дел, порядок назначения уголовного наказания;

обзор практики международных договорных органов ООН и практики Европейского Суда по правам человека;

также даны разъяснения по вопросам, возникающим в судебной практике.

В обзоре содержатся, в частности, следующие выводы:

исполнение одним из поручителей обязательства в полном объеме прекращает обязательство должника перед кредитором, но не перед этим поручителем, к которому перешло право требования как к должнику, так и к другому поручителю, если иное не установлено договором поручительства;

конкурсный управляющий может быть привлечен к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков вследствие ненадлежащего исполнения им обязанностей арбитражного управляющего независимо от наличия требований о возмещении причиненного вреда к иным лицам;

изменение сведений, содержащихся в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, о собственнике недвижимости ввиду его реорганизации в форме преобразования осуществляется по правилам, предусмотренным для внесения изменений в связи со сменой наименования юридического лица;

право на взыскание с исполнителя коммунальных услуг стоимости коммунального ресурса, поставленного в многоквартирный дом в отсутствие у исполнителя письменного договора энергоснабжения (ресурсоснабжения), принадлежит ресурсоснабжающей, а не сетевой организации;

предоставление поставщиком скидки покупателю за достижение определенного объема закупок влечет необходимость уменьшения налога на добавленную стоимость, подлежащего уплате в бюджет, для поставщика и пропорционального уменьшения (восстановления) ранее заявленных налоговых вычетов для покупателя;

налогоплательщик вправе обратиться в суд с имущественным требованием о возврате (возмещении) сумм излишне взысканных налогов, пеней и штрафов независимо от оспаривания ненормативных актов налогового органа, на основании которых указанные суммы были взысканы.

Постановление Пленума Верховного Суда  Российской Федерации  от 27 сентября 2016 года № 36 «О некоторых вопросах применения судами Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации»

Для судов общей юрисдикции разъясняется порядок рассмотрения административных дел по правилам Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

В частности, рассматриваются вопросы, касающиеся:

подведомственного судам общей юрисдикции, Верховному Суду Российской Федерации перечня дел, возникающих из административных и иных публичных правоотношений, которые они рассматривают и разрешают, а также дел, которые не подлежат рассмотрению по правилам Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации;

подсудности административных дел, состава суда, прав и обязанностей лиц, участвующих в деле;

доказательств и доказывания;

производства по административным делам о вынесении судебного приказа и др.

Признано не подлежащим применению Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 февраля 2009 года № 2 «О практике рассмотрения судами дел об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих».

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 июля 2016 года № 34 «О внесении в Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации проекта федерального закона «О внесении изменений в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации»

Проект федерального закона «О внесении изменений в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации» направлен на совершенствование процедуры рассмотрения гражданских дел.

Изменения в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации (далее – ГПК) обусловлены необходимостью корректировки отдельных положений главы 15, регламентирующих порядок рассмотрения и разрешения гражданских дел, а также глав 41 и 41.1, касающихся рассмотрения и разрешения отдельных вопросов в рамках кассационного производства в Верховном Суде Российской Федерации, и некоторых действующих в настоящее время правил надзорного производства.

Одним из принципов гражданского процессуального права является принцип непрерывности судебного заседания, закрепленный частью третьей статьи 157 ГПК. В соответствии с данным принципом судебное заседание по каждому делу происходит непрерывно, за исключением времени, назначенного для отдыха. До окончания рассмотрения начатого дела или до отложения его разбирательства суд не вправе рассматривать другие гражданские, уголовные и административные дела.

В силу данного принципа при необходимости объявления перерыва в судебном заседании на несколько дней при наличии других назначенных дел, которые могут и не представлять особой сложности, судья не может их рассмотреть.

С учетом большого количества дел, рассматриваемых судами, постоянного увеличения нагрузки на судей данный принцип в современных условиях приводит к затягиванию судебного разбирательства и препятствует оперативности работы судов. Кроме того, существование принципа непрерывности в гражданском процессе противоречит идее унификации процессуальных норм, поскольку данный принцип не используется при рассмотрении дел арбитражными судами. Он также не применяется и в уголовном судопроизводстве.

На этом основании принцип непрерывности судебного разбирательства из гражданского процессуального законодательства представляется целесообразным исключить, что будет способствовать достижению задачи гражданского судопроизводства по своевременному рассмотрению гражданских дел, в связи с чем предлагается внести соответствующие изменения в статью 157 ГПК.

Одной из целей законопроекта является также совершенствование порядка рассмотрения дела после его отложения судом.

В настоящее время в части третьей статьи 169 ГПК закреплено правило, согласно которому разбирательство дела после его отложения начинается сначала. В случае если стороны не настаивают на повторении объяснений всех участников процесса, знакомы с материалами дела, в том числе с объяснениями участников процесса, данными ранее, состав суда не изменился, суд вправе предоставить возможность участникам процесса подтвердить ранее данные объяснения без их повторения, дополнить их, задать дополнительные вопросы (часть четвертая статьи 169 ГПК).

Вместе с тем необходимость в многократном рассмотрении доказательств, исследованных судом до момента отложения дела, при неизменности состава суда и состава лиц, участвующих в деле, отсутствует. При этом повторное изучение ранее представленных участниками процесса доказательств, которые ими подтверждаются, влечет необоснованные затраты времени и сказывается на сроках рассмотрения дел.

Изменение норм статьи 169 ГПК будет способствовать обеспечению принципа процессуальной экономии и принятию судом законного решения в разумные сроки.

Согласно действующей редакции части четвертой статьи 112 ГПК заявление о восстановлении пропущенного процессуального срока, установленного частью второй статьи 376, частью второй статьи 391.2 и частью второй статьи 391.11 ГПК, подается в суд, рассмотревший дело по первой инстанции. На определение суда о восстановлении или об отказе в восстановлении пропущенного процессуального срока может быть подана частная жалоба (часть пятая статьи 112 ГПК).

В соответствии с законопроектом предлагается изменить порядок восстановления установленного частью второй статьи 376 ГПК процессуального срока на подачу кассационных жалобы, представления в судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации, пропущенного по уважительным причинам.   Просьба   лица   о   восстановлении     срока    будет рассматриваться    непосредственно    судьей    Верховного  Суда   Российской Федерации, рассматривающим такие жалобу, представление.

Устанавливается также иной механизм обжалования определения судьи Верховного Суда Российской Федерации о восстановлении пропущенного срока подачи кассационных жалобы, представления или об отказе в его восстановлении – оно может быть отменено соответственно определением Председателя Верховного Суда Российской Федерации, заместителя Председателя Верховного Суда Российской Федерации об отказе в восстановлении пропущенного срока подачи кассационных жалобы, представления или о его восстановлении.

Указанные изменения направлены на реализацию принципа процессуальной экономии в гражданском процессе и нацелены на повышение эффективности правосудия, поскольку решение вопроса о восстановлении пропущенного процессуального срока судом, вынесшим решение по первой инстанции, зачастую влечет за собой длительную и многоступенчатую процедуру обжалования вынесенного этим судом определения, в том числе не исключается  и   пересмотр   этого  определения впоследствии самим Верховным Судом Российской Федерации.

В то же время предлагаемые изменения направлены на унификацию процессуального законодательства, применяемого судами общей юрисдикции при рассмотрении дел в порядке гражданского судопроизводства и применяемого при рассмотрении судами общей юрисдикции дел в порядке административного судопроизводства и при рассмотрении дел арбитражными судами.    По    правилам   Арбитражного  процессуального   кодекса   Российской Федерации (часть 2 статьи 276) лицо, обращающееся с кассационной жалобой, ходатайствует о восстановлении срока на ее подачу, пропущенного по независящим от него причинам, непосредственно в арбитражный суд кассационной инстанции. Согласно статье 95 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее – КАС) заявление о восстановлении пропущенного процессуального срока подается в суд, в котором надлежало совершить процессуальное действие, если иное не предусмотрено КАС. В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 321 КАС кассационные жалоба, представление возвращаются без рассмотрения по существу, если пропущен срок обжалования судебного акта в кассационном порядке и в кассационных жалобе, представлении отсутствует просьба о восстановлении этого срока или в его восстановлении отказано.

Аналогичный механизм восстановления пропущенного процессуального срока предлагается установить и при подаче надзорных жалоб, представлений в Верховный Суд Российской Федерации.

В связи с изложенным предлагается внести изменения в общие положения ГПК о процессуальных сроках – статью 112, а также в соответствующие статьи ГПК, содержащиеся в главах, посвященных производству в судах кассационной и надзорной инстанций, – статьи 376, 379.1, 391.2, 391.4, 391.11.

Определение Верховного Суда Российской Федерации от 29 февраля 2016 года № 5-КГ15-204.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации рассмотрела в открытом судебном заседании 29 февраля 2016 года гражданское дело по иску Ш. к УВД по СЗАО ГУ МВД России по г. Москве об индексации сумм в счет возмещения вреда здоровью по кассационной жалобе представителя УВД по СЗАО ГУ МВД России по г. Москве на решение Хорошевского районного суда города Москвы от 6 августа 2014 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 24 июня 2015 года, которыми исковые требования удовлетворены частично.

В поданной в Верховный Суд Российской Федерации кассационной жалобе представителя УВД по СЗАО ГУ МВД России по г. Москве ставился вопрос об отмене решения Хорошевского районного суда города Москвы от 6 августа 2014 года и апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 24 июня 2015 года как незаконных и о принятии нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований Ш.

Проверив материалы дела, обсудив обоснованность доводов кассационной жалобы, заслушав объяснения явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации нашла жалобу подлежащей удовлетворению, так как имеются предусмотренные законом основания для отмены в кассационном порядке обжалуемых судебных постановлений.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации приходит к выводу, что в настоящем деле такого характера существенные нарушения норм права были допущены судами первой и апелляционной инстанций и выразились в следующем.

Разрешая спор и частично удовлетворяя исковые требования Ш. об индексации сумм в счет возмещения вреда здоровью, суд первой инстанции, ссылаясь на положения пункта 6 статьи 10 Федерального закона от 3 декабря 2012 года № 216-ФЗ «О федеральном бюджете на 2013 год и на плановый период 2014 и 2015 годов», исходил из того, что в связи с несвоевременной выплатой истцу сумм возмещения причиненного здоровью вреда за период с 1 июня 2005 года по 30 апреля 2012 года и отказом ответчика назначить и выплачивать Ш. указанную денежную компенсацию в добровольном порядке имеются правовые основания для индексации денежных сумм, взысканных в пользу истца на основании судебного решения, с применением положений статьи 318 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Федеральных законов от 26 ноября 2002 года № 152-ФЗ, от 30 ноября       2011 года № 363-ФЗ), предусматривающих индексацию суммы, выплачиваемой по денежному обязательству непосредственно на содержание гражданина в случаях и в порядке, которые установлены законом или договором.

При этом суд первой инстанции, соглашаясь с представленным Ш. расчетом индексации сумм, присужденных ему решением Хорошевского районного суда г. Москвы от 27 апреля 2012 года, произвел их индексацию исходя из коэффициентов индексации, установленных федеральными законами об утверждении федерального бюджета на соответствующий год и на плановые периоды последующих лет и взыскал с УВД по СЗАО ГУ МВД России по г. Москве в пользу Ш. денежную сумму в размере 92 448 руб.      94 коп.

С данными выводами суда первой инстанции согласился суд апелляционной инстанции, дополнительно указав, что решение суда первой инстанции согласуется с положениями статей 15393 Гражданского кодекса Российской Федерации и с позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 года № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации считает, что приведенные выводы судебных инстанций основаны на неправильном применении и толковании норм материального права, регулирующих спорные отношения.

Согласно части 4 статьи 29 Закона Российской Федерации от 18 апреля 1991 года № 1026-1 «О милиции», утратившего силу с 1 марта 2011 года, в случае причинения увечья или иного повреждения здоровья сотруднику милиции в связи с осуществлением им служебной деятельности денежная компенсация в размере, превышающем сумму назначенной пенсии по указанным в данной статье основаниям, выплачивается за счет средств соответствующего бюджета либо средств организаций, заключивших с милицией договоры (норма приводится в редакции, действовавшей на момент прекращения истцом службы в органах внутренних дел Российской Федерации).

С 1 марта 2011 года вступил в силу Федеральный закон от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции», частью 6 статьи 43 которого было предусмотрено, что в случае причинения сотруднику полиции в связи с выполнением служебных обязанностей увечья или иного повреждения здоровья, исключающих возможность дальнейшего прохождения службы в полиции и повлекших стойкую утрату трудоспособности, ему выплачивается ежемесячная денежная компенсация в размере утраченного денежного довольствия по состоянию на день увольнения со службы в полиции за вычетом размера назначенной пенсии по инвалидности с последующим взысканием выплаченных сумм компенсации с виновных лиц.

С 24 февраля 2015 года (Федеральный закон от 12 февраля 2015 года № 15-ФЗ) часть 6 статьи 43 Федерального закона «О полиции» действует в новой редакции, согласно которой при установлении гражданину Российской Федерации, уволенному со службы в полиции, инвалидности вследствие военной травмы, полученной в связи с выполнением служебных обязанностей и исключившей возможность дальнейшего прохождения службы в полиции, ему в порядке, который определяется федеральным органом исполнительной власти в сфере внутренних дел, выплачивается ежемесячная денежная компенсация с последующим взысканием выплаченных сумм указанной компенсации с виновных лиц в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. Размер ежемесячной денежной компенсации исчисляется исходя из размера оклада месячного денежного содержания и размера ежемесячной надбавки к окладу месячного денежного содержания за стаж службы (выслугу лет), принимаемых для исчисления пенсий, с применением следующих коэффициентов: в отношении инвалида I группы – 1; в отношении инвалида II группы – 0,5; в отношении инвалида III группы – 0,3.

Размер ежемесячной денежной компенсации, выплачиваемой в соответствии с частью 6 настоящей статьи, подлежит перерасчету с учетом увеличения (повышения) окладов денежного содержания сотрудников полиции, произведенного в порядке, установленном законодательством Российской Федерации (часть 7 статьи 43 Федерального закона от 7 февраля 2011 года № З-ФЗ «О полиции»).

В соответствии с частью 5 статьи 2 Федерального закона от 19 июля 2011 года № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» размеры окладов денежного содержания увеличиваются (индексируются) в соответствии с федеральным законом о федеральном бюджете на соответствующий год и на плановый период с учетом уровня инфляции (потребительских цен). Решение об увеличении (индексации) окладов денежного содержания принимается Правительством Российской Федерации.

Пунктом 24 Инструкции о порядке возмещения ущерба в случае гибели (смерти) или причинения увечья сотруднику органов внутренних дел, а также ущерба, причиненного имуществу сотрудника органов внутренних дел или его близких, утвержденной приказом МВД России от    15 октября 1999 года № 805 (действовавшей на момент увольнения Шевченко А.В. со службы и до 25 августа 2012 года), устанавливалось, что в случае изменения размера месячного денежного содержания сотрудников, состоящих на службе, размер возмещения вреда его здоровью подлежит соответствующему перерасчету.

Действующей в настоящее время Инструкцией о порядке осуществления выплат в целях возмещения вреда, причиненного в связи с выполнением служебных обязанностей, сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации или их близким родственникам, утвержденной приказом МВД России от 18 июня 2012 года № 590, предусмотрено, что размер ежемесячной денежной компенсации подлежит перерасчету с учетом увеличения (повышения) оклада месячного денежного содержания сотрудника, произведенного в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, в том числе с учетом ежегодного увеличения процентов оклада месячного денежного содержания и ежемесячной надбавки к окладу месячного денежного содержания за стаж службы (выслугу лет), принимаемых для исчисления пенсии (пункт 16 Инструкции).

Из приведенных нормативных положений следует, что право сотрудников органов внутренних дел на назначение и выплату ежемесячной денежной компенсации в случае причинения увечья или иного повреждения здоровья в связи с выполнением ими своих служебных обязанностей регламентировано нормами специального законодательства, в соответствии с которыми изменение (увеличение) суммы ежемесячной денежной компенсации напрямую зависит от изменения (увеличения) размера денежного содержания сотрудника в случае принятия такого решения Правительством Российской Федерации.

Таким образом, в системе действующего правового регулирования создан специальный публично-правовой механизм возмещения сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья в связи с выполнением ими своих служебных обязанностей, предназначение которого – восполнение понесенных такими сотрудниками материальных потерь, включающий в себя и механизм индексации.

Неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального права и нарушение норм процессуального права привели к неправомерному возложению на орган внутренних дел обязанности произвести фактически повторную индексацию суммы в счет возмещения вреда здоровью, присужденной Ш. по решению Хорошевского районного суда г. Москвы от 27 апреля 2012 года за период с 1 июня 2005 года по 30 апреля 2012 года.

Учитывая изложенное, а также в связи с тем, что обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения и разрешения дела, судом первой инстанции установлены, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации нашла возможным, отменяя судебные постановления и не передавая дело на новое рассмотрение, принять новое решение, которым в удовлетворении исковых требований Ш. к УВД по СЗАО ГУ МВД России по г. Москве отказано.

Руководствуясь статьями 387388390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации определила:

решение Хорошевского районного суда города Москвы от 6 августа 2014 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 24 июня 2015 года отменить;

принять по делу новое решение, которым отказать в удовлетворении исковых требований Ш. к УВД по СЗАО ГУ МВД России по г. Москве об индексации сумм в счет возмещения вреда.

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 мая 2016 года № 21 «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьей 314.1 Уголовного кодекса Российской Федерации».

В определенных случаях за лицами, освобожденными из мест лишения свободы, устанавливается административный надзор. Он сопряжен с некоторыми ограничениями. Так, поднадзорному могут запретить посещать массовые мероприятия, покидать жилье в определенное время суток, выезжать за установленную территорию. Уклонение от административного надзора или неоднократное несоблюдение установленных судом ограничения или ограничений является преступлением.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации дал разъяснения по рассмотрению уголовных дел о таких преступлениях.

В частности, подчеркивается, что субъектом этого преступления может быть только лицо, в отношении которого судом в порядке административного судопроизводства установлен административный надзор.

В связи с этим суду необходимо выяснять, имелись ли в отношении подсудимого на момент совершения им уклонения от административного надзора или неоднократного несоблюдения установленных судом в соответствии с федеральным законом ограничения или ограничений вступившие в законную силу решения суда по административному делу об установлении, о продлении административного надзора, не истек ли установленный этими решениями срок административного надзора.

В соответствии с частью 6 статьи 173.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации адрес места жительства или пребывания, по которому лицо должно прибыть, указывается в предписании, вручаемом ему администрацией исправительного учреждения при освобождении из мест лишения свободы.

Обращено внимание на то, что ответственность по части 1 статьи 314.1 Уголовного кодекса Российской Федерации за неприбытие без уважительных причин лица, в отношении которого установлен административный надзор при освобождении из мест лишения свободы, к избранному им месту жительства или пребывания в определенный срок, а также за самовольное оставление поднадзорным лицом места жительства или пребывания наступает только в том случае, когда эти деяния совершены лицом в целях уклонения от административного надзора.

На наличие такой цели могут указывать фактические обстоятельства, свидетельствующие в каждом конкретном случае о намерении соответствующего лица препятствовать осуществлению контроля либо избежать контроля со стороны органов внутренних дел за соблюдением установленных ему судом административных ограничения или ограничений.

Однако деяние не является уголовно наказуемым если лицо, в отношении которого установлен административный надзор, в определенный срок не прибыло к месту жительства или пребывания либо поднадзорное лицо временно его оставило без разрешения органа внутренних дел, например, в связи с необходимостью навестить тяжелобольного близкого родственника, получить неотложную медицинскую помощь, которая не оказывается в населенном пункте, где оно проживает, и тому подобное, не имея намерения избежать контроля со стороны органов внутренних дел.

Неприбытием лица, в отношении которого установлен административный надзор при освобождении из мест лишения свободы, к избранному им месту жительства или пребывания в определенный администрацией исправительного учреждения срок следует считать неисполнение обязанностей, указанных в предписании, прибыть к избранному им месту жительства или пребывания в определенный срок и явиться для постановки на учет в орган внутренних дел в течение трех рабочих дней со дня прибытия, совершенное в целях уклонения от административного надзора.

Уважительными причинами неприбытия лица, в отношении которого установлен административный надзор при освобождении из мест лишения свободы, в определенный срок к избранному им месту жительства или пребывания могут быть конкретные обстоятельства, которые препятствовали исполнению указанных в предписании обязанностей (например, чрезвычайная ситуация природного или техногенного характера, временное отсутствие транспортного сообщения, тяжелая болезнь этого лица).

Под самовольным оставлением места жительства или пребывания следует понимать непроживание (непребывание) там и (или) выезд за установленные судом пределы территории без разрешения органов внутренних дел, совершенные в целях уклонения от административного надзора.

Если поднадзорное лицо, имея цель уклониться от административного надзора, получило в органе внутренних дел разрешение на пребывание вне жилого или иного помещения, являющегося местом жительства или пребывания, и (или) на краткосрочный выезд за установленные судом пределы территории в связи с исключительными личными обстоятельствами, предусмотренными пунктами 16 части 3 статьи 12 Федерального закона от 6 апреля 2011 года № 64-ФЗ «Об административном надзоре за лицами, освобожденными из мест лишения свободы», однако не прибыло к месту временного пребывания и не встало на учет в органе внутренних дел по этому месту пребывания, то такие действия также следует признавать самовольным оставлением места жительства или пребывания.

Предусмотренные статьей 78 Уголовного кодекса Российской Федерации сроки давности уголовного преследования за уклонение от административного надзора, совершенное в форме самовольного оставления поднадзорным лицом места жительства или пребывания, следует исчислять со дня задержания поднадзорного лица или дня явки его с повинной.

Разъяснено, что объективная сторона преступления заключается в совершении лицом, в отношении которого установлен административный надзор и которое ранее два раза в течение одного года привлекалось к административной ответственности за несоблюдение установленных ему судом административных ограничения или ограничений, нового деяния, выразившегося в несоблюдении таких ограничения или ограничений, если при этом не истекли сроки, в течение которых это лицо считалось подвергнутым административному наказанию за предыдущие правонарушения.

Указанное деяние должно быть сопряжено с совершением административного правонарушения против порядка управления, либо административного правонарушения, посягающего на общественный порядок и общественную безопасность, либо на здоровье, санитарно-эпидемиологическое благополучие населения и общественную нравственность.

Несоблюдение установленных судом административных ограничения или ограничений следует считать сопряженным с совершением правонарушений (например, мелкое хулиганство, появление в общественных местах в состоянии опьянения), если эти действия осуществляются одновременно, в частности, указанные правонарушения совершаются во время нахождения лица, в отношении которого установлен административный надзор, в запрещенных для пребывания местах, посещения мест проведения массовых и иных мероприятий при наличии к тому запрета, пребывания вне жилого или иного помещения в запрещенное время суток.

Лицо считается подвергнутым административному наказанию со дня вступления в законную силу постановления о назначении административного наказания до истечения одного года со дня окончания исполнения данного постановления.

При определении территориальной подсудности уголовного дела о преступлении, предусмотренном статьей 314.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, местом совершения такого преступления следует считать место, по которому органом внутренних дел должен осуществляться административный надзор.

Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2016 года № 7-п по делу о проверке конституционности части 1 статьи 21, части 2 статьи 22 и части 4 статьи 46 Федерального закона «Об исполнительном производстве» в связи с жалобой гражданина «Р»

Оспариваемые гражданином «Р» законоположения противоречат статьям 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 45 (часть 1), 46 (часть 1) и 55 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации, поскольку – в нарушение баланса интересов сторон в исполнительном производстве – допускают бессрочное и ничем не ограниченное право взыскателя предъявлять исполнительный документ в службу судебных приставов для принудительного исполнения и по своему усмотрению отзывать его без исполнения, что влечет окончание исполнительного производства и позволяет взыскателю в будущем снова инициировать принудительное исполнение того же исполнительного документа.

 При обращении взыскания на имущество, являющееся предметом залога, взыскатели несут риски, связанные с изменением рыночной стоимости этого имущества и возможностью его реализации, что может побуждать их в надежде на улучшение ситуации на рынке к подаче, причем неоднократной, заявления о возвращении исполнительного документа. Негативные последствия затягивания течения срока предъявления исполнительного документа к исполнению испытывают и должники.

Поскольку в каждом случае предъявления исполнительного документа к исполнению после возвращения исполнительного документа взыскателю срок его предъявления к исполнению прерывается, такие действия взыскателя в течение неограниченного времени могут привести к тому, что исполнительное производство не будет окончено исполнением содержащегося в исполнительном документе требования, а должник – при наличии вынесенного в отношении его неисполненного судебного акта – должен бесконечно пребывать под угрозой применения к нему и принадлежащему ему имуществу исполнительных действий и мер принудительного исполнения.

Конституционный Суд Российской Федерации признал не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 35 (часть 2), 46 (часть 1) и 55 (часть 3) положения части 1 статьи 21, части 2 статьи 22 и части 4 статьи 46 Федерального закона                                     «Об исполнительном производстве» в той мере, в какой эти положения в их взаимосвязи позволяют – при неоднократном прерывании срока предъявления исполнительного документа к исполнению с последующим возвращением взыскателю на основании его заявления – всякий раз исчислять течение этого срока заново с момента возвращения исполнительного документа по данному основанию взыскателю и продлевать его тем самым на неопределенно длительное время.

                                 

Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 25 февраля 2016 года № 6-П «По делу о проверке конституционности пункта 1 части третьей статьи 31 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» в связи с жалобой гражданки «Л»

Женщины, обвиняемые в убийствах с квалифицирующими признаками, имеют право на рассмотрение их уголовных дел судом присяжных.

Признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации отдельные положения  Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (пункт 1 части 3 статьи 31) в той мере, в какой в системе действующего правового регулирования, в том числе во взаимосвязи с пунктом 2 части 2 статьи 30 УПК Российской Федерации, частью 2 статьи 57 и частью 2 статьи 59 УК Российской Федерации, ими исключается возможность рассмотрения судом в составе судьи верховного суда республики, краевого, областного или другого равного им по уровню суда и коллегии из двенадцати присяжных заседателей уголовного дела по обвинению женщины в совершении преступления, предусмотренного частью второй статьи 105 УК Российской Федерации, при том что уголовное дело по обвинению мужчины в совершении такого преступления при тех же условиях может быть рассмотрено судом в данном составе.

Федеральному законодателю предписано, в том числе с учетом правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, выраженных в Постановлении, внести в УПК Российской Федерации изменения, обеспечивающие женщинам реализацию права на рассмотрение их уголовных дел судом с участием присяжных заседателей, как это право определено Конституцией Российской Федерации, на основе принципов юридического равенства и равноправия и без какой бы то ни было дискриминации.

Уголовные дела по обвинению женщин в совершении преступлений, предусмотренных частью 2 статьи 105 УК Российской Федерации, если судебные заседания по этим уголовным делам не назначены на момент вступления Постановления в силу, по ходатайству обвиняемых подлежат рассмотрению судом присяжных. Если на указанный момент судебные заседания по уголовным делам уже назначены к рассмотрению, подсудность и состав суда изменению не подлежат (за исключением уголовного дела заявительницы), в том числе в апелляционном, кассационном и надзорном порядке.

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»

Разъяснен порядок возмещения судебных расходов по гражданским, административным делам, экономическим спорам.

К судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле, включая третьих лиц, заинтересованных лиц.

Судебные расходы, состоящие из государственной пошлины, а также издержек, связанных с рассмотрением дела, представляют собой денежные затраты (потери), распределяемые в порядке, предусмотренном главой 7 ГПК Российской Федерации, главой 10 КАС Российской Федерации, главой 9 АПК Российской Федерации. Перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим.

Принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу (например, решение суда первой инстанции, определение о прекращении производства по делу или об оставлении заявления без рассмотрения, судебный акт суда апелляционной, кассационной, надзорной инстанций, которым завершено производство по делу на соответствующей стадии процесса).

Лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

При неполном (частичном) удовлетворении имущественных требований, подлежащих оценке, судебные издержки присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику – пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Признаны не подлежащими применению пункт 33 Постановления Пленума ВАС Росийской Федерации от 17 февраля 2011 года № 12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27 июля 2010 года № 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации», абзац третий пункта 6 Постановления Пленума ВАС Росийской Федерации от 18 июля 2014 года № 51 «О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении споров с участием организаций, осуществляющих коллективное управление авторскими и смежными правами».

Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14 января 2016 года № 1-П «По делу о проверке конституционности части 1 статьи 13 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 года № 4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей» в связи с жалобой гражданина «И»

Обнаружение пенсионным органом ошибки, выразившейся в назначении сотруднику органов внутренних дел пенсии за выслугу лет без достаточных оснований, не должно повлечь безусловное прекращение ее выплаты.

Конституционный Суд проверил конституционность части 1 статьи 13 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 года № 4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей», в той части, в которой на ее основании решается вопрос о прекращении выплаты пенсии за выслугу лет лицу, уволенному со службы в органах внутренних дел по выслуге лет, дающей право на получение пенсии, в случае если после устранения пенсионным органом допущенной при ее назначении ошибки в подсчете стажа службы (выслуги лет) данного лица будет установлено, что его продолжительность не достигает необходимой для возникновения указанного права.

Само по себе данное положение, как закрепляющее условия назначения пенсии за выслугу лет сотрудникам органов внутренних дел и тем самым являющееся необходимым элементом правового механизма реализации права указанных лиц на пенсионное обеспечение с учетом характера и продолжительности осуществления ими профессиональной деятельности, признано соответствующим Конституции Российской Федерации.

Вместе с тем данное положение не соответствует Конституции Российской Федерации  в той мере, в какой оно предполагает безусловное прекращение выплаты гражданину, уволенному со службы в органах внутренних дел, пенсии за выслугу лет, назначенной ему ошибочно в результате неправильного подсчета уполномоченным государством органом необходимого для возникновения права на данную пенсию стажа службы (выслуги лет), притом что сам гражданин при приобретении статуса получателя пенсии за выслугу лет действовал добросовестно, – без учета продолжительности периода, прошедшего с момента ее назначения, продолжительности периода, недостаточного до достижения установленной законом выслуги лет, значимости для этого гражданина пенсии в качестве источника дохода и иных заслуживающих внимания обстоятельств – и тем самым не обеспечивает при исправлении допущенной ошибки соблюдение конституционных принципов правовой определенности, справедливости и соразмерности (пропорциональности), поддержания доверия граждан к действиям государства, а также баланса конституционно защищаемых ценностей, публичных и частных интересов.

Федеральному законодателю предписано – исходя из требований Конституции Российской Федерации и с учетом правовых позиций, выраженных в Постановлении, – внести в действующее правовое регулирование необходимые изменения.

Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 17 декабря 2015 года № 33-П «По делу о проверке конституционности пункта 7 части второй статьи 29, части четвертой статьи 165 и части первой статьи 182 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой граждан «Б», «Д» и других»

Предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации явились пункт 7 части второй статьи 29, часть четвертая статьи 165 и часть первая статьи 182 УПК Российской Федерации постольку, поскольку на основании содержащихся в них положений разрешается вопрос о проведении обыска в помещениях, используемых адвокатом для осуществления адвокатской деятельности, и определяются объекты, которые подлежат обнаружению и изъятию в ходе данного обыска, в рамках уголовного дела, в котором подозреваемым, обвиняемым является доверитель адвоката.

Суд признал указанные нормы УПК Российской Федерации не противоречащими Конституции Российской Федерации, поскольку содержащиеся в них положения предполагают, что:

обыск, связанный с доступом к материалам адвокатского производства, возможен только на основании судебного решения, в котором должны быть указаны конкретные объекты поиска и изъятия в ходе данного следственного действия и сведения, служащие законным основанием для его проведения;

исследованию органами, осуществляющими уголовное преследование, и принудительному изъятию в ходе обыска не подлежат материалы адвокатского производства в отношении доверителя адвоката, содержащие сведения, не выходящие за рамки оказания собственно профессиональной юридической помощи как по уголовному делу, в котором адвокат является защитником, так и по каким-либо другим делам, находящимся в производстве адвоката (т.е. материалы, не связанные непосредственно с нарушениями со стороны как адвоката, так и его доверителя, совершенными в ходе производства по данному делу, которые имеют уголовно противоправный характер, либо другими преступлениями, совершенными третьими лицами, либо состоят в хранении орудий преступления или предметов, которые запрещены к обращению или оборот которых ограничен на основании закона);

в ходе обыска в помещениях, используемых для осуществления адвокатской деятельности, запрещается видео-, фото- и иная фиксация материалов адвокатских производств в той их части, которая составляет адвокатскую тайну.

Обзор практики рассмотрения судами дел о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы

(утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23 декабря 2015 года)

Выплата единовременного пособия членам семьи погибшего (умершего) при исполнении обязанностей военной службы военнослужащего или гражданина, проходившего военные сборы, производится на основании действовавшего на тот момент закона.

Президиумом Верховного Суда Российской Федерации проведено обобщение материалов судебной практики, связанной с применением законодательства о возмещении вреда жизни и здоровью военнослужащих и приравненных к ним лиц (граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы).

В Обзоре приведены следующие правовые позиции:

повышение группы инвалидности застрахованному лицу в период прохождения службы либо до истечения одного года после увольнения со службы вследствие увечья или заболевания, полученного в период прохождения службы, является основанием для увеличения страхового возмещения на сумму, составляющую разницу между страховой суммой, причитающейся по вновь установленной группе инвалидности, и страховой суммой, причитающейся по прежней группе инвалидности;

право членов семьи сотрудника полиции и лиц, находившихся на его иждивении, на получение единовременного пособия возникает в случае гибели (смерти) сотрудника вследствие увечья или иного повреждения здоровья, полученных в связи с выполнением служебных обязанностей, либо вследствие заболевания, полученного в период прохождения службы в полиции (при определении размера единовременного пособия подлежит применению редакция закона, действовавшая на момент гибели (смерти) сотрудника полиции);

реализация сотрудником органов внутренних дел права на перерасчет ежемесячных выплат в возмещение вреда здоровью носит заявительный характер (перерасчет таких выплат за прошлое время до обращения сотрудника в уполномоченный орган с заявлением о перерасчете законом не предусмотрен);

в случае отмены в апелляционном порядке решения суда по требованию о возмещении вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья военнослужащему и приравненному к нему лицу, допускается поворот исполнения решения суда исходя из норм процессуального закона.

Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 19 ноября 2015 года № 29-П «По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 10 Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» в связи с жалобой гражданина «Ш»

Невключение в страховой стаж реабилитированного гражданина периода, в течение которого гражданин был временно отстранен от должности в связи с решением органа, осуществлявшего уголовное преследование, признано не соответствующим Конституции.

Конституционный Суд признал не соответствующим Конституции Российской Федерации положения пункта 1 статьи 10 Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» в той мере, в какой содержащееся в нем нормативное положение во взаимосвязи с иными законодательными предписаниями позволяет не включать в страховой стаж гражданина, необоснованно привлеченного к уголовной ответственности и впоследствии реабилитированного, период, в течение которого он был временно отстранен от должности (работы) в связи с решением органа, осуществлявшего уголовное преследование, о применении к нему данной меры процессуального принуждения, и тем самым препятствует восстановлению его пенсионных прав.

Федеральному законодателю надлежит исходя из требований Конституции Российской Федерации и с учетом правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, выраженных в настоящем постановлении, внести в действующее правовое регулирование изменения, направленные на создание правового механизма восстановления пенсионных прав реабилитированных лиц, гарантирующего им пенсионное обеспечение на тех условиях, которые применялись бы к ним в случае отсутствия незаконного или необоснованного уголовного преследования.

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 года № 51 «О внесении изменений в постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 апреля 2009 года № 8 «О судебной практике условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания» и от 20 декабря 2011 года № 21 «О практике применения судами законодательства об исполнении приговора»

Пленум Верховного Суда Российской Федерации внес изменения в условия применения условно-досрочного освобождения (далее – УДО) от отбывания наказания, а также замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания.

В частности, установлено следующее:

характер и степень общественной опасности совершенного осужденным преступления, в том числе его тяжесть и последствия, не могут являться

основаниями для отказа в удовлетворении ходатайства об УДО из мест лишения свободы;

наличие у осужденного взысканий само по себе не может свидетельствовать о том, что он нуждается в дальнейшем отбывании назначенного судом наказания. Разрешая этот вопрос, следует учитывать конкретные обстоятельства, тяжесть и характер каждого допущенного осужденным нарушения за весь период отбывания наказания, а не только за время, непосредственно предшествующее рассмотрению ходатайства или представления, данные о снятии или погашении взысканий, время, прошедшее с момента последнего взыскания, последующее поведение осужденного и другие характеризующие его сведения;

при рассмотрении вопросов об УДО и о замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания суд не вправе высказывать суждение о незаконности и необоснованности примененных к осужденному взысканий и поощрений;

если в судебном заседании установлено, что осужденным принимались меры по возмещению причиненного преступлением вреда (материального ущерба и морального вреда), однако в силу объективных причин вред возмещен лишь в незначительном размере, то суд не вправе отказать в условно-досрочном освобождении от отбывания наказания или в замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания только на этом основании;

при решении вопроса об освобождении лица от наказания определяющее значение имеет установление судом наличия у осужденного тяжелой болезни, препятствующей отбыванию им назначенного наказания. Рассматривая соответствующее ходатайство осужденного, суд не только оценивает медицинское заключение специальной медицинской комиссии или учреждения медико-социальной экспертизы с учетом Перечня заболеваний, препятствующих отбыванию наказания, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 6 февраля 2004 года № 54, но и принимает во внимание иные обстоятельства, имеющие значение для разрешения ходатайства по существу.

Суд не вправе отказать в принятии ходатайства осужденного об освобождении от наказания в связи с болезнью, направленного им непосредственно в суд, из-за отсутствия документов (заключения медицинской комиссии или учреждения медико-социальной экспертизы, личного дела осужденного), которые обязана представить администрация учреждения или органа, исполняющего наказание. В таких случаях суду следует направить копию ходатайства осужденного в учреждение или орган, исполняющий наказание, для последующего незамедлительного представления администрацией (должностным лицом) в суд соответствующих материалов.

Судья Московского городского суда К, рассмотрев кассационную жалобу Ш., поступившую 8 июля 2015 года, на решение Тверского районного суда города Москвы от 10 октября 2014 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 6 марта 2015 года по делу по иску Ш. к ГУ МВД России по городу Москве о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении в должности, взыскании денежного довольствия за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, установила:

Ш. обратился в суд с исковым заявлением к ГУ МВД России по г. Москве и просил признать незаконным приказ об увольнении, восстановить его на службе в ранее занимаемой должности, взыскать денежное довольствие за время вынужденного прогула, взыскать компенсацию морального вреда. В обоснование заявленных требований истец указывал, что он проходил службу в органах внутренних дел, приказом ГУ МВД России по г. Москве  уволен из органов внутренних дел Российской Федерации по пункту 9 части 3 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел. Истец полагал, что его увольнение было произведено незаконно, поскольку совершено в период его временной нетрудоспособности.

Решением Тверского районного суда города Москвы от 10 октября 2014 года в удовлетворении исковых требований Ш. отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 6 марта 2015 года решение Тверского районного суда города Москвы от 10 октября 2014 года оставлено без изменения.

В кассационной жалобе истец Ш. просит отменить состоявшиеся по делу судебные постановления и направить дело на новое рассмотрение.

Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Как усматривается из судебных постановлений, они сомнений в законности не вызывают, а доводы жалобы в соответствии со статьей 387 ГПК Российской Федерации не могут повлечь их отмену или изменение в кассационном порядке, в связи с чем оснований для передачи кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции не имеется.

В соответствии с пунктом 9 части 3 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» контракт подлежит расторжению, а сотрудник органов внутренних дел увольнению со службы в органах внутренних дел в случае совершения проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел.

Согласно части 1 статьи 49 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» нарушением служебной дисциплины (дисциплинарным проступком) признается виновное действие (бездействие), выразившееся в нарушении сотрудником органов внутренних дел законодательства Российской Федерации, дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации, должностного регламента (должностной инструкции), правил внутреннего служебного распорядка федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориального органа или подразделения, либо в несоблюдении запретов и ограничений, связанных со службой в органах внутренних дел, и требований к служебному поведению, либо в неисполнении (ненадлежащем исполнении) обязательств, предусмотренных контрактом, служебных обязанностей, приказов и распоряжений прямых руководителей (начальников) и непосредственного руководителя (начальника) при выполнении основных обязанностей и реализации предоставленных прав.

28 сентября 2013 года в отношении Ш. был составлен административный материал по части 1 статьи 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (управление транспортным средством в состоянии опьянения).

По результатам медицинского освидетельствования установлено состояние алкогольного опьянения, о чем был составлен соответствующий акт освидетельствования, а в отношении Ш. назначена служебная проверка.

Согласно заключению по результатам служебной проверки от 12 октября 2013 года, Ш., управляя транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения, допустил нарушение нравственных обязательств и общих правил поведения сотрудника органов внутренних дел Российской Федерации. В ходе служебной проверки Ш. было дано письменное объяснение от 9 октября 2013 года.

Приказом ГУ МВД России по городу Москве от 21 февраля 2014 года № 97 л/с Ш. уволен 24 февраля 2014 года по пункту 9 части 3 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в связи с совершением поступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел.

При разрешении заявленного спора судом принято во внимание, что служба в органах внутренних дел является особым видом государственной службы, направлена на реализацию публичных интересов, что предопределяет наличие у сотрудников, проходящих службу в этих органах, специального правового статуса. Законодатель, определяя правовой статус сотрудников, проходящих службу в органах внутренних дел, вправе устанавливать для этой категории граждан особые требования, в том числе к их личным и деловым качествам, и особые обязанности, обусловленные задачами, принципами организации и функционирования органов внутренних дел, а также специфическим характером деятельности указанных лиц. Поступая на службу в органы внутренних дел, гражданин добровольно возлагает на себя обязанность соответствовать указанным требованиям и добросовестно исполнять свои обязанности.

В силу статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Оценив представленные доказательства, показания допрошенных свидетелей, суд пришел к обоснованному выводу о том, что у ответчика имелись основания для увольнения Ш. в связи с совершением им поступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел. Поскольку процедура увольнения была полностью соблюдена ответчиком, оснований для удовлетворения заявленных исковых требований у суда не имелось.

В силу положений статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации не допускается увольнение работника по инициативе работодателя (за исключением случая ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем) в период его временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске.

Согласно пункту 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при рассмотрении дел о восстановлении на работе следует иметь в виду, что при реализации гарантий, предоставляемых Кодексом работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом, в том числе и со стороны работников. При установлении судом факта злоупотребления работником правом суд может отказать в удовлетворении его иска о восстановлении на работе, поскольку в указанном случае работодатель не должен отвечать за неблагоприятные последствия, наступившие вследствие недобросовестных действий со стороны работника.

Судом установлено, что о получении листка временной нетрудоспособности № 114053749225, выданного ФГБУ ГНИЦПМ Минздрава России, и своей временной нетрудоспособности с 20 февраля 2014 года Ш. своевременно работодателя в лице своего непосредственного руководителя не проинформировал. Доказательств передачи работодателю листка временной нетрудоспособности по его закрытии суду представлено не было.

Нарушений норм материального и процессуального права при рассмотрении дела допущено не было.

При данных обстоятельствах оснований для передачи кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции не имеется.

На основании изложенного суд определил: в передаче кассационной жалобы Ш. на решение Тверского районного суда города Москвы от 10 октября 2014 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 6 марта 2015 года по делу по иску Ш. к ГУ МВД России по городу Москве о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении в должности, взыскании денежного довольствия за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции – отказать.

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 31 июля 2015 года № 37

Пленум Верховного Суда Российской Федерации постановляет внести в Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации проекты федеральных законов «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации по вопросам совершенствования оснований и порядка освобождения от уголовной ответственности» и «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации по вопросам совершенствования оснований и порядка освобождения от уголовной ответственности».

Пленум Верховного Суда поддержал законопроект, согласно которому ряд статей предлагается вывести из Уголовного кодекса Российской Федерации, тогда вопрос будет решаться в административном порядке. За побои, угрозы, уклонение от алиментов нарушителей смогут отправлять на обязательные работы, под административный арест до пятнадцати суток или штрафовать. Например, за побои предлагается штраф до 30 000 рублей.

Проект также предлагает увеличить сумму хищения, за которое наступает уголовная ответственность, с 1 до 5 тысяч рублей, а значительным ущербом считать хищение не от 2 500 рублей, а от 10 000 рублей.

Ответы на вопросы, поступившие из судов, по применению положений статьи 159.4 в связи с Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2014 года № 32-П и статьи 264.1 Уголовного кодекса Российской Федерации (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 31 июля 2015 года)

Судами даны ответы на следующие вопросы.

Вопрос: по какому уголовному закону следует квалифицировать деяние, подпадающее под признаки состава преступления, предусмотренного статьей 159.4 Уголовного кодекса Российской Федерации, совершенное до 12 июня 2015 года?

Ответ: в связи с тем, что статья 159.4 Уголовного кодекса Российской Федерации с 12 июня 2015 года утратила силу, уголовная ответственность за мошенничество в сфере предпринимательской деятельности с указанной даты предусматривается статьей 159 Уголовного кодекса Российской Федерации. Что касается деяний, подпадающих под признаки состава преступления, предусмотренного статьей 159.4 Уголовного кодекса Российской Федерации, совершенных до 12 июня 2015 года, то, поскольку эти деяния не декриминализированы и не могут быть квалифицированы по статье 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, устанавливающей за них более строгое наказание, такие деяния в соответствии со статьей 9 Уголовного кодекса Российской Федерации следует квалифицировать по статье 159.4 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Вопрос: учитывается ли для целей статьи 264.1 Уголовного кодекса Российской Федерации административное наказание, назначенное лицу до 1 июля 2015 года за управление транспортным средством в состоянии опьянения или за невыполнение законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения?

Ответ: да, учитывается, если на момент совершения нового правонарушения не истек срок, установленный статьей 4.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, поскольку лицо, подвергнутое административному наказанию за указанное правонарушение до 1 июля 2015 года, совершая аналогичное правонарушение после 30 июня 2015 года, осознает, что совершает тем самым уголовно наказуемое деяние, запрещенное статьей 264.1 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 июня 2015 года № 30 «О внесении изменений в Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 июня 2006 года № 14 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами»

Лицо, передающее приобретателю наркотические средства, психотропные вещества по просьбе другого лица, является соисполнителем в незаконном сбыте.

В соответствии с поправками в законодательство обновлены разъяснения для судов по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами.

В частности, актуализирован перечень нормативных правовых актов, которыми необходимо руководствоваться судам при рассмотрении дел о преступлениях, предметом которых являются наркотические средства, психотропные вещества, их прекурсоры или аналоги, растения, содержащие наркотические средства, психотропные вещества или их прекурсоры, либо их части, содержащие наркотические средства, психотропные вещества или их прекурсоры, сильнодействующие или ядовитые вещества, новые потенциально опасные психоактивные вещества.

Постановление дополнено новыми положениями, в частности, следующими:

если лицо в целях осуществления умысла на незаконный сбыт наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов, а также растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, незаконно приобретает, хранит, перевозит, изготавливает, перерабатывает эти средства, вещества, растения, тем самым совершает действия, направленные на их последующую реализацию и составляющие часть объективной стороны сбыта, однако по не зависящим от него обстоятельствам не передает указанные средства, вещества, растения приобретателю, то такое лицо несет уголовную ответственность за покушение на незаконный сбыт этих средств, веществ, растений;

при назначении лицу, признанному больным наркоманией, основного наказания в виде штрафа, лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, обязательных работ, исправительных работ или ограничения свободы суд может возложить на осужденного обязанность пройти лечение от наркомании и медицинскую или социальную реабилитацию (суд устанавливает наличие или отсутствие у лица заболевания наркоманией на основании содержащегося в материалах дела заключения эксперта по результатам судебно-психиатрической экспертизы, при этом заключение эксперта должно содержать вывод о наличии (отсутствии) у лица диагноза «наркомания», а также о том, нет ли медицинских противопоказаний для проведения лечения от такого заболевания).

Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 26 мая 2015 года № 11-П «По делу о проверке конституционности части 5 статьи 12 Федерального закона «О социальных гарантиях сотрудникам некоторых федеральных органов исполнительной власти и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в связи с жалобой гражданки «Ш»

Конституционный Суд Российской Федерации запретил отказывать в выплате ежемесячной компенсации лицам, уволенным из уголовно-исполнительной системы из-за травмы, получающим пенсию за выслугу лет.

Оспаривалась конституционность нормы, содержащейся в Законе о социальных гарантиях сотрудникам некоторых федеральных органов (уголовно-исполнительной системы (УИС), федеральной противопожарной службы, наркоконтроля и таможенных органов). Она касается сотрудников, имеющих специальное звание, получивших в связи со службой увечье или иное повреждение здоровья, исключающее возможность дальнейшего прохождения службы. В этом случае сотруднику выплачивается ежемесячная компенсация в размере утраченного денежного довольствия по состоянию на день увольнения со службы за вычетом размера назначенной пенсии по инвалидности.

Данная норма признается неконституционной в той мере, в какой она позволяет отказывать в выплате такой компенсации лицам, уволенным со службы в учреждениях и органах УИС, – инвалидам вследствие военной травмы, получающим пенсию за выслугу лет. Это объясняется следующим.

Служба в УИС, как и служба в полиции, представляет собой особый вид государственной службы. Органы УИС ранее входили в состав МВД России и были переданы в ведение Минюста России лишь в 1998 году.

Конституционные принципы равенства и справедливости предполагают в том числе равное обращение с лицами, находящимися в сходной ситуации.             С учетом этого сотрудникам УИС должны быть обеспечены те же условия выплаты подобной компенсации, что предоставляются сотрудникам полиции.

Ранее Законом о полиции также предусматривалось, что компенсация выплачивается в размере утраченного денежного довольствия по состоянию на день увольнения со службы в полиции за вычетом размера назначенной пенсии по инвалидности. Это положение было признано неконституционным в той мере, в какой позволяло отказывать в выплате компенсации тем сотрудникам органов внутренних дел – инвалидам вследствие военной травмы, которым назначена пенсия за выслугу лет. Конституционный Суд Российской Федерации подчеркнул, что условия предоставления данной компенсации должны определяться таким образом, чтобы обеспечивать ее получение лицами, признанными инвалидами вследствие военной травмы, в зависимости лишь от степени утраты трудоспособности, а не от вида получаемой ими пенсии. Федеральному законодателю надлежит внести в правовое регулирование соответствующие изменения.

Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 7 апреля 2015 года № 7-П «По делу о проверке конституционности положений пунктов 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта «а» части второй статьи 166 Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина «К»

Потерпевший имеет право на возмещение имущественного вреда в связи с угоном и последующей кражей его автомобиля неизвестным лицом.

Конституционный Суд Российской Федерации признал положения пунктов 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта «а» части второй статьи 166 Уголовного кодекса Российской Федерации не соответствующими Конституции Российской Федерации в той мере, в какой данные положения не позволяют обеспечить возмещение виновным в угоне автомобиля лицом имущественного вреда, причиненного собственнику этого автомобиля в связи с его угоном и последующей кражей, совершенной неустановленным лицом.

Предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации явились указанные положения Уголовного кодекса Российской Федерации и Гражданского кодекса Российской Федерации постольку, поскольку на основании этих положений разрешался вопрос о возможности возмещения имущественного вреда лицами, признанными виновными в угоне автомобиля, лицу, потерпевшему по уголовным делам об угоне и о последующем хищении принадлежащего ему автомобиля, в случае когда лицо, совершившее хищение, не установлено, а автомобиль не найден.

Суд посчитал, что поскольку в результате действий лица, неправомерно завладевшего чужим автомобилем, его собственник лишается контроля над своим имуществом (чем и создаются объективные условия для его последующей кражи третьими лицами), необходимо исходить из того, что виновный в угоне по факту принимает на себя ответственность за последующую судьбу данного имущества – вплоть до фактического возвращения автомобиля собственнику или до привлечения к ответственности лица, совершившего кражу данного автомобиля, если не докажет, что в результате его действий (бездействия) не были созданы условия для последующей утраты собственником его автомобиля.

Федеральный законодатель должен внести в действующее правовое регулирование изменения, направленные на совершенствование правового механизма реализации потерпевшим права на возмещение имущественного вреда, причиненного в связи с угоном и последующей кражей принадлежащего ему автомобиля.

 

Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 10 февраля 2015 года № 1-П «По делу о проверке конституционности части 6 статьи 43 Федерального закона «О полиции» в связи с жалобой гражданина «Ю»

Предметом проверки стали нормы о ежемесячной компенсации сотрудникам полиции в связи с получением увечья или иного повреждения здоровья, исключающих возможность дальнейшего прохождения службы.

Компенсация выплачивается в размере утраченного денежного довольствия по состоянию на день увольнения со службы за вычетом назначенной пенсии по инвалидности.

Такая гарантия распространяется и на тех сотрудников органов внутренних дел, которые не относятся к полиции.

Как указал заявитель, нормы позволяют отказывать в выплате компенсации только из-за того, что сотрудник получает пенсию не по инвалидности, а за выслугу лет.

Конституционный Суд Российской Федерации счел нормы неконституционными в той мере, в какой они позволяют отказывать в выплате компенсации определенным сотрудникам.

Это те сотрудники органов внутренних дел – инвалиды вследствие военной травмы, которым назначена пенсия за выслугу лет (выплачиваемая с учетом увеличения из-за такой инвалидности). Конституционный Суд Российской Федерации указал следующее.

Цель этой компенсации (наряду с иными выплатами) – сохранить за сотрудниками денежное довольствие, которое они утратили ввиду того, что не могут проходить дальнейшую службу из-за увечья или иного повреждения

здоровья.

Оспариваемые нормы предусматривают в качестве одного из условий для выплаты компенсации получение пенсии по инвалидности.

Между тем законодательство дает сотруднику органов внутренних дел, получившему военную травму и впоследствии уволенному со службы, возможность выбрать пенсию либо за выслугу, либо по инвалидности (когда он имеет право на их одновременную выплату).

При этом для тех, кто предпочитает в таком случае пенсию за выслугу лет, предусматривается увеличение ее размера.

Это сделано с тем, чтобы предоставить таким лицам более высокий уровень пенсионного обеспечения по сравнению с лицами, получающими аналогичный вид пенсии и не являющимися инвалидами.

Аналогичная компенсация выплачивается военнослужащим – инвалидам вследствие военной травмы, относительно которой Конституционный Суд Российской Федерации уже высказывался ранее.

По своей правовой природе такая компания предназначена для восполнения материальных потерь и не связана с иными выплатами, в том числе пенсионными.

Соответственно, условия выплаты данной компенсации должны быть такими, чтобы обеспечивать ее получение всеми сотрудниками органов внутренних дел, признанными инвалидами вследствие военной травмы, в зависимости лишь от степени утраты трудоспособности, а не от вида получаемой пенсии.

Между тем оспариваемые нормы на практике трактуются иначе, что приводит к необоснованной дифференциации в объеме возмещения вреда.

 

Тверской районный суд г. Москвы рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело № по исковому заявлению С. к ГУ МВД России по г. Москве.

С. обратился в суд с иском к ГУ МВД России по г. Москве об изменении формулировки и даты увольнения.

В обоснование исковых требований истец указал, что проходил службу в должности младшего оперуполномоченного, уволен из органов внутренних дел приказом ГУ МВД России по г. Москве № по пункту 6 части 2 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в связи с грубым нарушением служебной дисциплины. Истец полагал свое увольнение незаконным.

С учетом заявления об уточнении исковых требований истец просил суд изменить формулировку увольнения на увольнение по пункту 16 части 2 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в связи с нарушением условий контракта уполномоченным руководителем, считать датой увольнения дату вынесения решения суда.

Выслушав стороны, изучив и оценив материалы дела, суд пришел к следующему.

В соответствии со статьей 50 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» на сотрудника органов внутренних дел в случае нарушения им служебной дисциплины, а также в иных случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, могут налагаться следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; строгий выговор; предупреждение о неполном служебном соответствии; перевод на нижестоящую должность в органах внутренних дел; увольнение со службы в органах внутренних дел.

В соответствии со статьей 52 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-Ф3 «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» служебная проверка проводится по решению руководителя федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченного руководителя при необходимости выявления причин, характера и обстоятельств совершенного сотрудником органов внутренних дел дисциплинарного проступка, подтверждения наличия или отсутствия обстоятельств, предусмотренных статьей 29 Федерального закона от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции», а также по заявлению сотрудника.

При проведении служебной проверки в отношении сотрудника органов внутренних дел должны быть приняты меры по объективному и всестороннему установлению: фактов и обстоятельств совершения сотрудником дисциплинарного проступка; вины сотрудника; причин и условий, способствовавших совершению сотрудником дисциплинарного проступка; характера и размера вреда, причиненного сотрудником в результате совершения дисциплинарного проступка; наличия или отсутствия обстоятельств, препятствующих прохождению сотрудником службы в органах внутренних дел.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 12 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-Ф3 «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» сотрудник органов внутренних дел обязан знать и соблюдать законодательные и иные нормативные правовые акты Российской Федерации в сфере внутренних дел, обеспечивать их исполнение.

С., находящийся в распоряжении ГУ МВД России по г. Москве, без уважительных причин отсутствовал на службе, оправдательных документов не представил. На предложение руководства отдела дать объяснение по данному вопросу ответил отказом. Его отсутствие на службе в указанные дни подтверждается объяснениями руководящего состава отдела и сотрудниками, исполняющими обязанности дежурных, С. в ходе проведения проверки не отрицалось.

По результатам служебной проверки установлен факт отсутствия по месту службы С. без уважительной причины более 4 часов подряд в течение нескольких дней. Его отсутствие на службе в указанные дни подтверждается объяснениями руководящего состава отдела и сотрудниками, исполняющими обязанности дежурных. С. нарушены подпункты 4.4, 4.5 Контракта о прохождении службы в органах внутренних дел Российской Федерации от 11 мая 2012 года, в соответствии с которыми сотрудник обязуется соблюдать служебную дисциплину, а также внутренний служебный распорядок, в возможно короткие сроки сообщать непосредственному руководителю (начальнику) о наступлении временной нетрудоспособности и иных обстоятельствах, исключающих возможность выполнения служебных обязанностей.

С заключением по результатам служебной проверки С. ознакомлен под расписку.

С. уволен со службы в органах внутренних дел приказом ГУ МВД России по г. Москве № по пункту 6 части 2 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-Ф3 «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в связи с грубым нарушением дисциплины.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданско-процессуального кодекса Российской Федерации, суд решил отказать С. в удовлетворении иска к ГУ МВД России по г. Москве об изменении формулировки и даты увольнения.

 

Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2014 года № 32-П «По делу о проверке конституционности положений статьи 159.4 Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с запросом Салехардского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа»

Конституционный Суд Российской Федерации уравнял ответственность предпринимателей и остальных граждан, обвиняющихся в совершении мошенничества.

Установлено, что положения статьи 159.4 Уголовного кодекса Российской Федерации не соответствуют Конституции Российской Федерации в той мере, в которой эти положения в их взаимосвязи устанавливают за предусмотренное данной статьей преступление значительно более мягкое наказание, чем за аналогичное преступление, совершенное без определения его специфики по субъекту и способу совершения, установленное общей нормой статьи 159 УК Российской Федерации.

Конституционный Суд Российской Федерации указывает, что мошенничество в сфере предпринимательской деятельности необходимо рассматривать как такое виновное использование для хищения чужого имущества путем обмана или злоупотребления доверием договора, обязательства по которому заведомо не будут исполнены не вследствие обстоятельств, связанных с риском их неисполнения в ходе обычной предпринимательской деятельности, что свидетельствует о наличии у субъекта преступления прямого умысла на совершение мошенничества.

Судом указано, что в силу запрета на придание обратной силы закону, ухудшающему положение лица, законодателю надлежит в срок не позднее шести месяцев со дня провозглашения Постановления внести соответствующие изменения в Уголовный кодекс Российской Федерации, в противном случае по истечении шестимесячного срока положения статьи 159.4 УК Российской Федерации утрачивают силу.

 

Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 10 декабря 2014 года № 31-П «По делу о проверке конституционности частей шестой и седьмой статьи 115 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой закрытого акционерного общества «Г»

В случаях приостановления предварительного расследования по уголовному делу должны быть соблюдены интересы лица, признанного потерпевшим и гражданским истцом.

Конституционный Суд Российской Федерации признал положения частей 6 и 7 статьи 115 УПК Российской Федерации:

соответствующими Конституции Российской Федерации в той мере, в какой установленные ими различия в правовом механизме обеспечения сохранности денежных средств, находящихся на счете в банке или иной

кредитной организации, и иного имущества, на которое в рамках производства по уголовному делу наложен арест с целью обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, обусловлены различной – материальной и нематериальной – природой соответствующих объектов гражданских прав;

не соответствующими Конституции Российской Федерации в той мере, в какой предусмотренный ими механизм обеспечения сохранности имущества, на которое наложен арест с целью обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, не гарантирует эффективную защиту прав и законных интересов лица, признанного потерпевшим и гражданским истцом по уголовному делу, в рамках производства по которому на денежные средства, похищенные со счета этого лица и находящиеся на счетах третьих лиц, был наложен арест, в случаях, когда предварительное расследование по данному уголовному делу приостановлено на неопределенно длительный срок в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

Федеральному законодателю надлежит внести в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации необходимые изменения, с тем чтобы гарантировать эффективную защиту прав и законных интересов лица, признанного потерпевшим и гражданским истцом по уголовному делу, в рамках производства по которому на денежные средства, похищенные со счета этого лица и находящиеся на счетах третьих лиц, наложен арест в целях обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, в случаях, когда предварительное расследование по данному уголовному делу приостановлено в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

 

Концепция единого Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (одобрена решением Комитета Государственной Думой Федерального Собрания Российской Федерации по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству 8 декабря 2014 года № 124(1))

Обнародована Концепция единого Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Основной целью разработки Концепции является, в частности, повышение эффективности российского судопроизводства за счет унификации гражданского и арбитражного процессуального законодательства.

В Концепции отмечается несколько задач, стоящих перед разработчиками нового ГПК России:

устранение противоречий между отраслями процессуального законодательства (арбитражного и гражданского);

введение правила для рассмотрения дел спорной подсудности;

сохранение наиболее удачных разработок существующих процессуальных кодексов и распространение их на весь процесс;

укрепление альтернативных способов разрешения споров;

закрепление существующих видов упрощенного производства;

сохранение особенностей рассмотрения отдельных категорий дел.

 

Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 7 октября 2014 года № 2323-О «По запросу мирового судьи судебного участка № 56 Нерчинского района Забайкальского края о проверке конституционности положений части 1 статьи 4.5 и части 1 статьи 20.25 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях»

В случае неуплаты административного штрафа в срок применяется общий, а не годичный срок давности привлечения к административной ответственности.

В силу Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – Кодекс) постановление по делу об административном правонарушении не может быть вынесено по истечении 2 месяцев (по делу, рассматриваемому судьей, – 3 месяцев) со дня его совершения. Для отдельных правонарушений предусмотрен увеличенный срок давности привлечения к административной ответственности. Так,

постановление по делу о нарушении законодательства об исполнительном производстве не может быть вынесено по истечении 1 года.

Часть 1 статьи 20.25 Кодекса предусматривает административную ответственность за неуплату административного штрафа в установленный срок.

Мировой судья обратился с запросом о проверке конституционности этих положений Кодекса. По его мнению, они не позволяют однозначно определить срок давности привлечения к административной ответственности за неуплату административного штрафа в срок (3 месяца или 1 год).

Конституционный Суд Российской Федерации пришел к следующим выводам.

Административная ответственность за неуплату административного штрафа в срок не является мерой принудительного исполнения судебного акта и актов органов и должностных лиц. Такая ответственность призвана стимулировать правонарушителей к добровольной уплате штрафа – без использования механизма принудительного исполнения постановлений по делам об административных правонарушениях.

При этом не имеет значения то обстоятельство, что судебные приставы возбуждают дела об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 20.25 Кодекса, когда административный штраф не погашен по постановлению, вынесенному судьей. Само по себе привлечение к административной ответственности за данное правонарушение хотя и осуществляется судебными приставами, тем не менее не означает использование ими особых процедур исполнительного производства.

Ответственность за нарушение законодательства об исполнительном производстве предусмотрена нормами, которые размещены в главе 17 Кодекса (объект посягательства – институты государственной власти). А статья 20.25 Кодекса устанавливает ответственность за правонарушения, посягающие на общественный порядок и общественную безопасность (глава 20), т. е. имеют иной объект противоправного воздействия.

Следовательно, в целях исчисления срока давности привлечения к административной ответственности неуплата административного штрафа в отведенное время (часть 1 статьи 20.25 Кодекса) не относится к нарушениям законодательства об исполнительном производстве.

 

Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 11 ноября 2014 года № 29-П «По делу о проверке конституционности пункта 7 части 3 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в связи с жалобами граждан В и К»

Конституционный Суд Российской Федерации запретил увольнять полицейских, уголовные дела в отношении которых прекращены в связи с примирением сторон.

Положение пункта 7 части 3 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской

Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» признано не соответствующим Конституции Российской Федерации в той мере, в какой оно допускает увольнение со службы в органах внутренних дел сотрудников, в отношении которых до вступления названного Федерального закона в силу уголовное преследование по делам публичного обвинения прекращено в связи с примирением сторон или в связи с деятельным раскаянием, если совершенные ими деяния на момент решения вопроса о расторжении с ними контракта о прохождении службы и увольнения со службы не признаются преступлениями.

Ранее Конституционным Судом Российской Федерации положение пункта 7 части 3 статьи 82 данного Закона уже было признано неконституционным в той мере, в какой оно предполагало увольнение сотрудника органа внутренних дел со службы, если в отношении его уголовное преследование по делу частного обвинения прекращено в связи с примирением сторон до вступления данного законоположения в силу, а также в той мере, в какой оно допускало наступление предусмотренных им неблагоприятных последствий в связи с совершением сотрудником деяния, которое на момент увольнения не признается преступлением (Постановление от 21 марта 2014 года № 7-П).

 

Обзор судебной практики по делам, связанным с истребованием жилых помещений от добросовестных приобретателей, по искам государственных органов и органов местного самоуправления (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 1 октября 2014 года)

Обобщена практика по делам об истребовании квартир государственными и муниципальными органами у добросовестных приобретателей.

В частности, в обзоре сообщается, что по таким делам стороны должны доказать следующие факты:

истец – право собственности на спорную квартиру и наличие квартиры у незаконного владельца;

ответчик – приобретение жилого помещения по возмездной сделке при том, что он не знал и не должен был знать, что лицо, у которого он приобрел квартиру, не имело права на ее отчуждение.

Указывается, что приобретатель квартиры не может быть признан добросовестным, если к моменту совершения возмездной сделки в отношении спорной квартиры имелись притязания третьих лиц, о которых ему было

известно, и если такие притязания впоследствии признаны правомерными в установленном порядке.

При решении вопроса о добросовестности приобретателя судами учитывается, проявил ли приобретатель разумную осмотрительность при покупке квартиры и какие меры были приняты им, чтобы выяснить правомочия собственника на ее продажу.

О добросовестности приобретателя может свидетельствовать его ознакомление со всеми правоустанавливающими документами на квартиру, ее непосредственный осмотр и др.

Приобретатель может быть признан недобросовестным, если сделке сопутствовали обстоятельства, которые должны были вызвать у него разумные сомнения в праве продавца на отчуждение квартиры (неоднократная перепродажа квартиры в течение короткого периода времени по низкой цене и др.).

 

Решение Тверского районного суда г. Москвы от 23 октября 2013 года о компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания в изоляторе временного содержания

Истец обратился в суд с иском к ГУ МВД России по г. Москве, Минфину России о компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания в ИВС, в размере 200 000 рублей.

В обоснование иска истец ссылался на то, что в период с 26 по 28 октября 2011 года пребывал в изоляторе временного содержании, где ему не были обеспечены надлежащие условия: не выводился на ежедневные прогулки, не выдавались средства личной гигиены (мыло, зубная щетка, зубная паста, одноразовая бритва, туалетная бумага), отсутствовало дневное и ночное освещение, во время сна свет не отключался, не проводились меры санитарной обработки камер, не обеспечены приватные условия санузла, отсутствовала надлежащая вентиляция.

Истец о времени и месте судебного заседании извещен своевременно надлежащим образом, отбывает наказание в ФКУ ИК-11 ГУ ФСИН России по Нижегородской области.

Ответчик Министерство финансов Российской Федерации о времени и месте судебного заседания извещен своевременно надлежащим образом, своего представителя не направил, возражения не представил.

Представитель ответчика ГУ МВД России по г. Москве по доверенности «С» в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения иска.

С учетом требований статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено при данной явке.

Заслушав возражения представителя ответчика ГУ МВД России по г. Москве, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

В силу статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской

Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии со статьей 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с указанным Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от имени казны выступает финансовый орган.

Согласно статье 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину моральною вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Основания для компенсации морального вреда определены также в статье 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании установлено, что в период с 26 по 28 октября 2011 года истец, задержанный в порядке статей 91-92 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, которому впоследствии избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, пребывал в ИВС № 1 ГУ МВД России по г. Москве.

В соответствии со статьей 16 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и приказом МВД России от 22 ноября 2005 года № 950 «Об утверждении правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел» утверждены Правила внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел (далее –Правила).

Пунктами 130, 131 Правил предусмотрено право подозреваемых и обвиняемых на ежедневные прогулки продолжительностью не менее одного часа, продолжительность прогулки устанавливается администрацией ИВС с учетом распорядка дня, погоды, наполнения учреждения и других обстоятельств, преимущественно прогулка предоставляется в светлое время суток.

Из представленных в дело документов следует, что право истца на ежедневные прогулки нарушено не было, 27 и 28 октября 2011 года истец от прогулки отказался.

В соответствии с требованиями статьи 23 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее – Закон) подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности.

Подозреваемым и обвиняемым бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены (как минимум мыло, зубная щетка, зубная паста (зубной порошок), одноразовая бритва (для мужчин).

Согласно отметке в камерной карточке при поступлении истцу выданы матрац, подушка, одеяло, кружка, миска, постельное белье.

Каких-либо заявлений о выдаче средств личной гигиены (мыла, зубной щетки, зубной пасты, одноразовой бритвы, туалетной бумаги) от истца не поступало.

При этом камеры в соответствии с пунктом 44 Правил для общего пользования в расчете на количество содержащихся в них лиц были обеспечены мылом и гигиенической бумагой.

Пунктом 45 Правил предусмотрено оборудование камер ИВС светильниками дневного и ночного освещения закрытого типа.

Из представленных в дело документов следует, что камера имеет естественное освещение, также она оборудована лампами дневного света и светильником ночного освещения.

В судебном заседании представитель ответчика пояснил, во время ночного сна дневное освещение в камерах не горит.

Согласно пункту 122 Правил лечебно-профилактическая и санитарно- эпидемиологическая работа в ИВС проводится в соответствии с законодательством Российской Федерации об охране здоровья граждан и нормативными правовыми актами МВД России. Администрация ИВС обязана выполнить санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых.

В соответствии с пунктом 124 Правил объем и порядок проведения дезинфекционных мероприятий определяется специалистами медико-санитарных организаций системы Министерства внутренних дел Российской Федерации или медицинским работником ИВС в соответствии с санитарными правилами.

Во время содержания истца в камере дезинфекционная обработка проводилась.

Согласно пункту 45 Правил камеры ИВС оборудуются санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности.

В камере, в которой содержался истец, санузел отделен от умывальника и остальной части камеры перегородкой высотой 1,5 м, оборудован дверцей для соблюдения условий приватности.

Пунктом 42 Правил определено, что подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, пожарной безопасности, нормам санитарной площади в камере на одного человека, установленным федеральным законом.

В камере имеются окна со свободно открывающимися створками для создания дневного естественного освещения и естественного проветривания помещения, камера оборудована системой приточно-вытяжной вентиляции, находится в исправном состоянии, рабочем режиме, микроклимат камеры отвечал требованиям действующего законодательства.

За период содержания истца каких-либо жалоб на условия содержания не поступало.

Для применения ответственности, предусмотренной статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, требующее возмещения убытков за счет государства, должно доказать противоправность действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо

должностных лиц этих органов, наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) названных органов и возникшими убытками, а также размер причиненного вреда.

В соответствии со статьей 56 Гражданского кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Поскольку истцом не представлено доказательств, подтверждающих те обстоятельства, на которые он ссылается как на основания своих требований, представленные ответчиком доказательства не опровергнуты, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении иска.

В соответствии с апелляционным определением Московского городского суда от 4 июля 2014 года решение Тверского районного суда г. Москвы от 23 октября 2013 года оставлено без изменений, апелляционная жалоба истца – без удовлетворения.

 

Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 18 сентября 2014 года № 23-П «По делу о проверке конституционности части первой статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года № 5-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС» в связи с жалобой гражданина П»

Конституционный Суд Российской Федерации повторно защитил право чернобыльцев – сотрудников органов внутренних дел на ежемесячную денежную компенсацию.

Суд признал противоречащей Конституции Российской Федерации часть 1 статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 года № 5-ФЗ. Норма неконституционна в том истолковании, в каком она позволяет отказывать инвалидам - чернобыльцам из числа лиц рядового и начальствующего состава

органов внутренних дел, которые получают пенсию за выслугу лет, увеличенную на сумму минимального размера пенсии по инвалидности, но не обращались за установлением соответствующих выплат до вступления данного Федерального закона в силу, в назначении ежемесячной денежной компенсации в возмещение вреда здоровью в том же размере, в каком им были исчислены неполученные суммы возмещения вреда здоровью (исходя из денежного довольствия с учетом степени утраты профессиональной трудоспособности).

Суд указал, что ранее в своем Постановлении от 7 февраля 2012 года № 1-П он дал истолкование данной норме, защитив право инвалидов - чернобыльцев из числа сотрудников органов внутренних дел на получение компенсации, и признал ее конституционной с учетом такого истолкования.

Необходимость принятия данного Постановления обусловлена тем, что в деле заявителя суды общей юрисдикции, включая Верховный Суд Российской Федерации, отвергли конституционно-правовой смысл указанной нормы.

 

Решение Верховного Суда Российской Федерации от 15 июля 2014 года № АКПИ14-576 «О признании не действующим со дня принятия пункта 74 Методических рекомендаций по применению Правил предоставления субсидий на оплату жилого помещения и коммунальных услуг, утвержденных приказом Минрегиона России № 58, Минздравсоцразвития России № 403 от 26 мая 2006 года»

Верховный Суд Российской Федерации признал недействующим положение, препятствующее реализации права заявителя на предоставление субсидии на оплату коммунальных услуг.

Признан недействующим пункт 74 Методических рекомендаций по применению Правил предоставления субсидий на оплату жилого помещения и коммунальных услуг, утвержденных приказом Минрегиона России № 58 и Минздравсоцразвития России от 26 мая 2006 года № 403.

В соответствии с данным положением, если, помимо заявителя и членов его семьи, по месту жительства в жилом помещении зарегистрированы иные граждане, то при определении расходов на оплату жилого помещения и коммунальных услуг заявителя и членов его семьи применяется региональный стандарт нормативной площади жилого помещения, приходящийся на одного члена семьи, численность которой принимается равной количеству всех граждан, зарегистрированных в данном жилом помещении по месту жительства, независимо от основания проживания и наличия или отсутствия у них самостоятельного права на субсидию.

По мнению заявителя, это положение лишает его права на предоставление субсидии на оплату жилого помещения и коммунальных услуг.

В Методических рекомендациях сформулированы правовые положения (правила), регламентирующие определение расходов на оплату жилого помещения и коммунальных услуг гражданина и членов его семьи, которые подлежат применению при установлении права на субсидию и расчете ее размера. При этом численность семьи гражданина принимается равной количеству всех граждан, зарегистрированных в жилом помещении по месту жительства, независимо от основания проживания и наличия или отсутствия у них самостоятельного права на субсидию. Данное положение затрагивает права граждан, поскольку касается реализации ими права на субсидии, предусмотренного статьей 159 Жилищного кодекса Российской Федерации.

Судом установлено, что в нарушение норм Конституции Российской Федерации, Указа Президента Российской Федерации «О порядке опубликования и вступления в силу актов Президента Российской Федерации,

Правительства Российской Федерации и нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти» и Правил подготовки нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти и их государственной регистрации Методические рекомендации перед введением их в действие не прошли государственную регистрацию в Минюсте России и не были официально опубликованы в установленном порядке, в связи с чем их положения не могут считаться вступившими в силу и служить основанием для регулирования соответствующих правоотношений.

 

Решение Верховного Суда Российской Федерации от 15 июля 2014 года № АКПИ14-576 «О признании не действующим со дня принятия пункта 74 Методических рекомендаций по применению Правил предоставления субсидий на оплату жилого помещения и коммунальных услуг, утвержденных приказом Минрегиона России № 58, Минздравсоцразвития России № 403 от 26 мая 2006 года»

Верховный Суд Российской Федерации признал недействующим положение, препятствующее реализации права заявителя на предоставление субсидии на оплату коммунальных услуг.

Признан недействующим пункт 74 Методических рекомендаций по применению Правил предоставления субсидий на оплату жилого помещения и коммунальных услуг, утвержденных приказом Минрегиона России № 58 и Минздравсоцразвития России от 26 мая 2006 года № 403.

В соответствии с данным положением, если, помимо заявителя и членов его семьи, по месту жительства в жилом помещении зарегистрированы иные граждане, то при определении расходов на оплату жилого помещения и коммунальных услуг заявителя и членов его семьи применяется региональный стандарт нормативной площади жилого помещения, приходящийся на одного члена семьи, численность которой принимается равной количеству всех граждан, зарегистрированных в данном жилом помещении по месту жительства, независимо от основания проживания и наличия или отсутствия у них самостоятельного права на субсидию.

По мнению заявителя, это положение лишает его права на предоставление субсидии на оплату жилого помещения и коммунальных услуг.

В Методических рекомендациях сформулированы правовые положения (правила), регламентирующие определение расходов на оплату жилого помещения и коммунальных услуг гражданина и членов его семьи, которые подлежат применению при установлении права на субсидию и расчете ее размера. При этом численность семьи гражданина принимается равной количеству всех граждан, зарегистрированных в жилом помещении по месту жительства, независимо от основания проживания и наличия или отсутствия у них самостоятельного права на субсидию. Данное положение затрагивает права граждан, поскольку касается реализации ими права на субсидии, предусмотренного статьей 159 Жилищного кодекса Российской Федерации.

Судом установлено, что в нарушение норм Конституции Российской Федерации, Указа Президента Российской Федерации «О порядке опубликования и вступления в силу актов Президента Российской Федерации,

Правительства Российской Федерации и нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти» и Правил подготовки нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти и их государственной регистрации Методические рекомендации перед введением их в действие не прошли государственную регистрацию в Минюсте России и не были официально опубликованы в установленном порядке, в связи с чем их положения не могут считаться вступившими в силу и служить основанием для регулирования соответствующих правоотношений.

 

Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июня 2014 года № 18-П «По делу о проверке конституционности части четвертой статьи 222 Уголовного кодекса Российской Федерации и статей 1, 3, 6, 8, 13 и 20 Федерального закона «Об оружии» в связи с жалобой гражданки У»

Суд признал противоречащей Конституции Российской Федерации часть четвертую статьи 222 Уголовного кодекса Российской Федерации, которая предусматривает ответственность за незаконный сбыт холодного оружия. Указанная норма в смысле, придаваемом ей практикой, не учитывает специфику холодного оружия, имеющего культурную ценность, и предусматривает слишком строгую ответственность за сбыт такого оружия.

Суд указал, что в настоящее время специальные правила оборота холодного оружия, имеющего культурную ценность, отсутствуют, а имеющиеся нормы не согласованы между собой. Одни нормы не учитывают возможную опасность данного оружия для жизни и здоровья людей, а другие – его культурную (историческую) значимость.

В результате собственники оружия лишены возможности правильно определить, какими нормами регулируется продажа такого оружия, и осознать, представляют ли их действия общественную опасность и могут ли они повлечь наступление уголовной ответственности.

Федеральному законодателю предписано конкретизировать правила оборота холодного оружия, имеющего культурную ценность, и установить ответственность за их нарушение, соразмерную требованиям как защиты общественной безопасности, жизни и здоровья людей, так и защиты культурных ценностей.

 

Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 8 июля 2014 года № 21-П «По делу о проверке конституционности подпункта «г» пункта 18 Правил предоставления молодым семьям социальных выплат на приобретение (строительство) жилья и их использования (утверждены постановлением Правительства Российской Федерации от 17 декабря 2010 года № 1050) в связи с жалобой гражданки Д»

Направление материнского капитала на жилищную ипотеку не лишает молодые семьи права получить социальные выплаты на покупку жилья.

Суд признал не противоречащим Конституции подпункт «г» пункта 18 Правил предоставления молодым семьям социальных выплат на приобретение (строительство) жилья и их использования, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 17 декабря 2010 года № 1050. Норма признана конституционной в том смысле, в каком она не предполагает исключения из участников подпрограммы «Обеспечение жильем молодых семей» ФЦП «Жилище» молодых семей, которые направили материнский капитал на улучшение жилищных условий до получения социальной выплаты на приобретение жилья.

Суд решил, что при противоположном подходе молодые семьи, которые потратили материнский капитал на жилье до получения социальной выплаты, ставятся в худшее положение по сравнению с молодыми семьями, которые сначала получили социальную выплату, а потом потратили материнский капитал или потратили материнский капитал на иные цели.

 

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2014 года № 9 «О практике назначения и изменения судами видов исправительных учреждений»

Верховный Суд Российской Федерации разъяснил особенности назначения и изменения видов исправительных учреждений.

В Постановлении разъясняется, в частности, следующее:

судимости, снятые или погашенные в установленном порядке, судимости за неосторожные преступления, а также судимости, указанные в части 4 статьи 18 Уголовного кодекса Российской Федерации, не учитываются при признании

рецидива преступлений и не могут быть основанием для назначения исправительной колонии строгого или особого режима;

истечение срока погашения судимости за одно или несколько преступлений в период отбывания наказания по последнему приговору не влечет изменения вида исправительного учреждения;

судья не вправе не принять ходатайство осужденного об изменении вида исправительного учреждения, ссылаясь на отсутствие документов, которые обязана представить администрация исправительного учреждения;

фактическое отбытие осужденным предусмотренной законом части срока наказания в соответствии со статьей 78 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации само по себе не является безусловным основанием для изменения вида исправительного учреждения;

если осужденный отбыл указанную часть срока наказания, суд не вправе отказать в удовлетворении его ходатайства на том основании, что осужденный отбыл незначительную часть срока наказания;

если вред, причиненный преступлением, по гражданскому иску не возмещен осужденным в силу объективных причин (инвалидность осужденного, невозможность его трудоустройства в колонии и т.п.), суд не вправе отказать в изменении вида исправительного учреждения только на этом основании.

 

Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16 мая 2014 года № 27 «О некоторых вопросах применения законодательства об исполнительном производстве»

Убытки от незаконных действий судебных приставов-исполнителей возместит казна Российской Федерации.

В Постановлении разъясняется, в частности, следующее:

наложение ареста арбитражным судом в качестве обеспечительной меры не предполагает установление судебным приставом-исполнителем дополнительных ограничений, не поименованных арбитражным судом;

если судебный пристав-исполнитель, вводя дополнительные ограничения, изъял имущество и передал его на ответственное хранение, а затем истцу было отказано в иске, в целях обеспечения которого был наложен арест, ответчик вправе взыскать убытки, причиненные изъятием имущества, за счет казны Российской Федерации;

арест не является препятствием для обращения взыскания на арестованное имущество и последующей регистрации перехода права собственности за покупателем имущества с торгов в связи с исполнением судебного акта, для обеспечения которого был наложен арест;

если судебным приставом-исполнителем совершены действия (бездействие), повлекшие невозможность исполнения судебного акта (например, незаконно снят арест с впоследствии отчужденного должником имущества), взыскатель имеет право на иск о возмещении вреда, причиненного его незаконными действиями (бездействием), за счет казны Российской Федерации;

исполнительный сбор не подлежит взысканию с должника, если им представлены доказательства осуществления конкретных действий, подтверждающих намерение исполнить исполнительный документ в добровольном порядке в течение срока на добровольное исполнение.

 

Судебная практика по Закону от 12 февраля 1993 года № 4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей».

1). Истец обратился в суд с иском к ГУ МВД России по г. Москве о перерасчете стажа, назначении пенсии за выслугу лет. В обоснование иска указал, что проходил службу в органах внутренних дел с 1994 года, приказом 2011г. уволен с должности 4 октября 2011 года на основании пункта 1 части 1 статьи 40 Федерального закона от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» (по собственному желанию). Данным приказом при увольнении ему произведен расчет выслуги лет в календарном исчислении 18 лет 9 месяцев 15 дней. С указанным подсчетом его выслуги истец не был согласен, поскольку работодателем в расчет выслуги не был включен период обучения истца в Московском инструментальном техникуме. Истец просил обязать ответчика произвести назначение ему пенсии за выслугу лет из расчета 20 лет и более в размере 50% от денежного содержания с 4 октября 2011 года, исходя из расчета выслуги с учетом периода обучения в образовательном учреждении, просил

взыскать компенсацию морального вреда, возместить расходы на представителя.

В судебном заседании истец и его представитель исковые требования поддержали, представитель ответчика в судебном заседании возражал против иска.

Решением суда первой инстанции было постановлено обязать ГУ МВД России по г. Москве произвести назначение истцу пенсии за выслугу лет в размере 50% денежного содержания с 4 октября 2011 года на основании расчета выслуги лет кадрового аппарата подразделения, а также взыскать с ГУ МВД России по г. Москве в пользу истца судебные расходы в размере 5 000 руб. Просьба об отмене указанного решения содержалась в апелляционной жалобе ГУ МВД России по г. Москве.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав объяснения истца, представителя ответчика, суд второй инстанции пришел к следующему.

Согласно статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются:

недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела;

несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела;

нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Неправильным применением норм материального права являются:

неприменение закона, подлежащего применению;

применение закона, не подлежащего применению;

неправильное истолкование закона.

При разрешении спора суд правильно сослался на статью 13 Федерального закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 года № 4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей», согласно которой, право на пенсию за выслугу лет имеют: лица, указанные в статье 1 настоящего Закона, имеющие на день увольнения со службы выслугу на военной н (или) на службе в органах внутренних дел, и (или) на службе в государственной противопожарной службе, и (или) на службе в органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, и (или) на службе в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы 20 лет и более.

Единый порядок исчисления стажа службы в органах внутренних дел определяется в соответствии с положениями постановления Правительства от 22 сентября 1993 года № 941 «О порядке исчисления выслуги лет, назначения и

выплаты пенсий, компенсаций и пособий лицам, проходившим военную службу в качестве офицеров, прапорщиков, мичманов и военнослужащих сверхсрочной службы или по контракту в качестве солдат, матросов, сержантов и старшин, либо службу в органах утренних дел, государственной противопожарной службе, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семьям в Российской Федерации», пунктом 2 которого предусматривается обязанность засчитывать в выслугу лет для назначения пенсии лицам рядового и начальствующего состава органов внутренних дел, государственной противопожарной службы, учреждений и органов уголовно-исполнительной системы время обучения их до поступления на службу в гражданских высших образовательных учреждениях либо в средних специальных образовательных учреждениях в пределах пяти лет из расчета два месяца учебы за один месяц учебы.

Правильной являлась ссылка суда на Постановление Верховного Совета Российской Федерации от 23 декабря 1992 года № 4202-1 (в редакции от 7 февраля 2011года) «Об утверждении положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации и текста присяги сотрудника органов внутренних дел Российской Федерации», пунктом 63 которого предусмотрено, что порядок исчисления выслуги лет для назначения сотрудникам органов внутренних дел пенсии определяется Правительством Российской Федерации. При этом в выслугу лет сотрудникам органов внутренних дел засчитывается время учебы на очных отделениях высших и средних специальных учебных заведений из расчета два месяца учебы за один месяц службы.

Из данных правовых норм следует, что установленный Законом от 12 февраля 1993 года № 4468-1 порядок зачета в выслугу лет периодов, не связанных с прохождением службы в органах внутренних дел, по существу является льготой, позволяющей увеличивать выслугу лет для назначения пенсии.

Как следует из вышеприведенных правовых норм, включению в выслугу лет для назначения пенсии подлежит период обучения в учебных заведениях, имеющих статус средних специальных учебных заведений.

Из справки ФГБОУ ВПО «С» следует, что истец был зачислен на 1-ый курс дневного отделения техникума с 1 сентября 1987 года, при этом, согласно материалам дела, он поступил в данный техникум на базе 8 классов, т.е. имея не полное среднее образование. С 5 ноября 1990г. истец был переведен на вечернее отделение техникума.

Из справки, представленной истцом, следует, что Распоряжением Совета Министров РСФСР № 1442-р от 20 декабря 1990 года на базе бывшего техникума образован технический факультет института для обеспечения подготовки специалистов с высшим образованием, куда, как пояснил истец, он вместе с другими учащимися последнего курса техникума он был автоматически переведен.

Из документов, имеющихся в материалах дела, следует, что истец отчислен с технического факультета института с 5 мая 1991 года за

академическую неуспеваемость. С 10 июля 1991 года по 6 мая 1993 года истец был призван на срочную военную службу.

Таким образом, период его обучения в техникуме составил 3 года 2 месяца. Однако, учитывая, что истец поступил на базе 8 классов (неполного среднего образования), истцу следовало доказать, что за время учебы в техникуме с 1 сентября 1987 года до зачисления в институт им был пройден полный курс обучения по программе среднего специального образования, однако таких доказательств в материалах дела не имеется.

Зачисление истца на первый курс института имело место в результате реорганизации техникума на основании вышеназванного Распоряжения Совета Министров РСФСР № 1442-р от 20 декабря 1990 года.

При таких обстоятельствах решение суда о необходимости включения в выслугу лет истца периода его обучения в Московском инструментальном техникуме и возложении на ответчика обязанности назначить истцу пенсию за выслугу лет, не может быть признано законным и обоснованным.

Поскольку суд первой инстанции неправильно определил круг обстоятельств, имеющих значение для дела, сделал выводы, не соответствующие установленным обстоятельствам, допустил неправильное истолкование закона, решение Тверского районного суда г. Москвы отменено, по делу вынесено новое решение, которым истцу в удовлетворении исковых требований к ГУ МВД России по г. Москве отказано.

 

2) Истец обратился в суд с иском к ГУ МВД России по г. Москве о перерасчете пенсии и взыскании задолженности по пенсии, указывая на то, что проходил службу в органах внутренних и на основании приказа от 14 ноября 1989 года был уволен из органов внутренних дел, при увольнении произведен расчет пенсии за выслугу лет, пенсия назначена в размере 85% денежного довольствия.

Истец считает, что работодателем неверно определен размер пенсии с 2012 года, полагает, что имеет право на получение пенсии с 1 января 2012 года в размере 43126,87руб., исходя из 100% денежного довольствия и с учетом надбавки за выслугу лет в размере 65% от оклада денежного довольствия, а не 54%, по должности и 30% по специальному званию, как это ему установлено в связи принятием нового закона о социальных гарантиях сотрудников органов внутренних дел. В связи с чем просит взыскать недополученную пенсию за 2012 год, полагая, что приобретенные им пенсионные права сохраняют юридическую силу, а принятие нового законодательства нарушает его права.

В судебном заседании истец исковые требования поддержал. Представитель ответчика возражал против удовлетворения исковых требований, указывая на то что, с 1 января 2011 года истцу назначена и выплачивается пенсия по выслуге более 20 лет, в связи с принятием Федерального закона 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», Федерального закона от 19 июля 2011 года № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов

внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» размер пенсии истцу был пересчитан, исходя из положений данных законов и установлена пенсия в размере 18348,53руб., правовых оснований для перерасчета пенсии истцу с 1 января 2012 года без понижающего коэффициента и с учетом ежемесячной надбавки к окладу денежного содержания за стаж службы (выслуги лет) в размере 65% не имеется.

Выслушав стороны, проверив и оценив материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 14 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 года № 4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей» (далее - Закон от 12 февраля 1993 № 4468-1) выплата пенсии за выслугу лет (из расчета выслуги 38 лет) истцу производилась с 1 января 2011 года до 1 января 2012 года в размере 85% от сумм его денежного довольствия в сумме 9947, 93 руб. Одновременно к пенсии производилась выплата ежемесячной доплаты на основании Указа Президента Российской Федерации от 18 февраля 2005 года № 176 в сумме 1000 руб.

В соответствии со статьей 49 Закона от 12 февраля 1993 года № 4468-1 пенсии, назначенные лицам, указанным в статье 1 настоящего Закона, и их семьям, подлежат пересмотру:

одновременно с увеличением денежного довольствия соответствующих категорий военнослужащих и сотрудников исходя из уровня увеличения денежного довольствия, учитываемого при исчислении пенсий;

с 1 января каждого года с учетом увеличения денежного довольствия, установленного частью второй статьи 43 настоящего Закона.

Федеральным законом от 8 ноября 2011 № 309-Ф3 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» и Федерального закона от 19 июля 2011 года № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» внесены изменения в статью 43 Закона от 12 февраля 1993 № 4468-1.

На основании статьи 43 вышеуказанного Закона денежное довольствие учитывается при исчислении пенсии с 1 января 2012 года в размере 54% и начиная с 1 января 2013 года ежегодно увеличивается на 2 процента до достижения 100 процентов его размера. С учетом уровня инфляции (потребительских цен) ежегодное увеличение может быть установлено на очередной финансовый год в размере, превышающем 2 процента.

С 1 января 2012 года порядок исчисления стажа службы (выслуги лет) для выплаты ежемесячной надбавки к окладу денежного содержания за стаж службы (выслугу лет) сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации определен Правилами, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 27 декабря 2011 года № 1158 (до 1 января 2012 года – в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 23 января 2003 года № 43) выслуга лет для исчисления процентной надбавки за стаж службы (выслугу лет) истца в календарном исчислении составляет 24 года.

Федеральным законом от 19 июня 2011 года № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» ежемесячная надбавка к окладу денежного содержания за стаж службы (выслугу лет) от 20 до 25 лет с 1 января 2012 года установлена в размере 30 процентов.

Таким образом, с 1 января 2012 года произведено реформирование системы денежного довольствия военнослужащих и сотрудников органов внутренних дел, в связи с чем в законодательство о пенсионном обеспечении указанных лиц внесены положения, предполагающие изменение правил учета денежного довольствия для исчисления пенсий (в размере 54%), а также механизм его поэтапного ежегодного повышения (на 2%) и соответствующего пересмотра размера пенсии, назначенной данным лицам.

С учетом данных положений закона, а также в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 3 ноября 2011года № 878 «Об установлении окладов месячного денежного содержания сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации» истцу правомерно установлена пенсия в размере 18348,53руб.

Таким образом, с 1 января 2012 года размер пенсии истца увеличился в два раза, истец правовых оснований на установление ему с 1 января 2012 года пенсии из расчета денежного довольствия для исчисления пенсии в 100% его размере, а также 65% надбавки за выслугу лет и взыскании суммы недоплаченной пенсии не имеет.

Судом в удовлетворении исковых требований о перерасчете пенсии и взыскании задолженности по пенсии отказано.

3) Истец обратился в суд с иском об обязании сохранить размер пенсии и взыскании задолженности к ГУ МВД России по г. Москве, ссылаясь на то, что с 1 января 2012 года размер пенсии истца исчислялся из оклада по штатной должности при увольнении 27 391 руб. и с января по март 2012 года составлял 21 131,68 руб. в месяц.

С 1 апреля 2012 года Центр пенсионного обслуживания на основании постановления Правительства Российской Федерации от 3 ноября 2011года № 878 пересчитал пенсию с учетом оклада по должности 20 900 руб. и пенсия составила 16 896,44 руб. в месяц.

Полагая снижение ответчиком пенсии на 3 235 руб. неправомерным, истец просил обязать ГУ МВД России по г. Москве сохранить с 1 апреля 2012 года пенсию в размере 20 131,68 руб. в месяц, взыскать с ответчика задолженность по выплате пенсии за период с 1 апреля 2012 года по 30 сентября 2012 года в размере 19 411,44 руб.

Истец в судебное заседание явился, исковые требования поддержал.

Представитель ГУ МВД по г. Москве в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований.

Выслушав объяснения участников процесса, исследовав материалы дела, суд нашел исковые требования не подлежащими удовлетворению.

В соответствии с материалами дела истец с 2005 года получает пенсию в ГУ МВД России по г. Москве, рассчитанную из размера должностного оклада, установленного решением Тверского районного суда г. Москвы от 19 сентября 2005 года в сумме 3 607,50 руб.

С 1 апреля 2011 года размер пенсии составлял 11 489,22 руб., к пенсии производилась ежемесячная доплата в размере 1 000 руб.

В соответствии с положениями статьи 1 Федерального закона от 19 июля 2011 № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» настоящий Федеральный закон регулирует отношения, связанные с денежным довольствием и пенсионным обеспечением сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации, обеспечением жилыми помещениями, медицинским обслуживанием сотрудников, граждан Российской Федерации, уволенных со службы в органах внутренних дел, и членов их семей, а также с предоставлением им иных социальных гарантий.

В силу положений части 2 статьи 2 Федерального закона от 19 июля 2011 года № 247-ФЗ с 1 января 2012 года, определяющей понятие и состав денежного довольствия сотрудников органов внутренних дел, обеспечение денежным довольствием сотрудников осуществляется в соответствии с настоящим Федеральным законом, законодательными и иными нормативными правовыми

В соответствии с частью 3 статьи 2 Федерального закона от 19 июля 2011 года № 247-ФЗ денежное довольствие сотрудников состоит из месячного оклада в соответствии с замещаемой должностью (далее - должностной оклад) и месячного оклада в соответствии с присвоенным специальным званием (далее – оклад по специальному званию), которые составляют оклад месячного денежного содержания (далее – оклад денежного содержания), ежемесячных и иных дополнительных выплат.

Частью 4 статьи 2 данного Федерального закона установлено, что размеры окладов по типовым должностям сотрудников и окладов по специальным званиям устанавливаются Правительством Российской Федерации по представлению руководителя федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, руководителя иного федерального органа исполнительной власти, в котором проходят службу

сотрудники. Размеры окладов по другим (нетиповым) должностям сотрудников устанавливаются руководителем федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, руководителем иного федерального органа исполнительной власти, в котором проходят службу сотрудники, применительно к размерам окладов по типовым должностям.

Согласно части 31 статьи 2 Федерального закона от 19 июля 2011 года № 247-ФЗ размеры должностных окладов для исчисления пенсий лицам, которым при увольнении со службы в органах внутренних дел пенсии были назначены исходя из окладов по замещаемым ими должностям в государственных органах и организациях, и членам их семей устанавливаются в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации.

Во исполнение Федерального закона от 19 июля 2011г. № 247-ФЗ, установившего новые параметры денежного довольствия сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации 21 октября 2011 года заместителем Министра внутренних дел Российской Федерации пенсионным подразделениям поручено направить до 15 ноября текущего года в территориальные учреждения Сбербанка России необходимые документы на выплату пенсионерам МВД России в декабре текущего года пенсий за январь 2012 года, исчисленных из 54% соответствующих сумм денежного довольствия включающего в себя увеличенные в 3,8 раза должностные оклады с округлением до целого рубля в сторону увеличения.

За период с января 2012 года по март 2012 года истцу выплачивалась пенсия в размере 20 131 рублей, рассчитанная исходя из оклада по должности в размере 27 391 рублей (7 208 руб. X 3,8) с учетом указаний МВД России от 21 октября 2011 года.

В последующем, во исполнение Федерального закона от 19 июля 2011 года № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» было принято постановление Правительства Российской Федерации от 3 ноября 2011 года № 878 «Об установлении окладов месячного содержания сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации», которым установлены размеры месячных окладов в соответствии с замещаемой должностью по типовым должностям и размеры месячных окладов в соответствии с присвоенным специальным званием сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации. Действие данного Постановления распространяется на правоотношения, возникшие с 1 января 2012 года.

С апреля 2012 года размер пенсии истца пересмотрен и составил 16 896,44 рублей в месяц с учетом оклада по должности на момент увольнения, установленного постановлением Правительства Российской Федерации от 3 ноября 2011 года № 878 в размере 19 000 руб. и повышения на 10% окладов по должностям сотрудников территориальных органов.

Уровень пенсионного обеспечения истца, рассчитанный исходя из новых окладов денежного содержания сотрудников органов внутренних дел, не ниже

уровня пенсионного обеспечения, установленного действующим до 1 января 2012 года законодательством Российской Федерации.

Требования истца об установлении ему пенсии в размере 20 131,68 руб. не основано на нормах действующего законодательства, указания МВД России от 21 октября 2011года об исчислении пенсии исходя из 3,8 должностных окладов бывших сотрудников налоговой полиции носили временный характер.

Проведенной реформой денежного довольствия военнослужащих и сотрудников правоохранительных органов с 1 января 2012 года предусмотрена новая структура денежного довольствия, основу которой составляют оклады денежного содержания.

Таким образом, пенсионерам МВД России независимо от даты их увольнения и места прохождения службы расчет пенсии производится исходя из новых окладов содержания на основании постановления Правительства Российской Федерации от 3 ноября 2011 года № 878 «Об установлении окладов месячного содержания сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации».

Так, в удовлетворении исковых требований истца об обязании сохранить размер пенсии, взыскании задолженности отказано.

 

Материалы судебной практики о защите чести, достоинства и деловой репутации сотрудников.

 

1) Истец (ГУ МВД России по г. Москве) обратился в суд с иском к ответчикам о защите деловой репутации, компенсации морального вреда, указав, что в программе «***» в прямом эфире радиостанции ***, радиослушателем П. были распространены сведения, не соответствующие действительности, порочащие деловую репутацию.

Представитель истца просил:

признать не соответствующими действительности и порочащими и деловую репутацию ГУ МВД России по г. Москве сведения, озвученные в эфире; обязать П;

опровергнуть порочащие деловую репутацию истца сведения, в форме опровержения каждого не соответствующего действительности факта в программе «***» не позднее 10 дней с даты вступления решения суда в законную силу и принести извинения ГУ МВД России по г. Москве в том же средстве массовой информации;

обязать ООО «***» опровергнуть порочащие деловую репутацию истца сведения, в форме обнародования текста решения суда по данному делу не позднее 10 дней с даты вступления в законную силу.

Взыскать с П. в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб.

В судебном заседании представитель истца поддержал заявленные исковые требования в полном объеме.

Ответчик П. в судебное заседание явился, исковые требования не признал, факт высказываний в отношении ГУ МВД России по г. Москве в прямом эфире программы «***» не оспаривал. Также пояснил, что озвучивал суждения, основанные на обращениях сотрудников в профсоюз г. Москвы, что высказанное мнение подтверждается рядом публикаций в СМИ. Поддержал доводы письменных возражений и объяснений на иск.

Представитель ООО «***», являющегося учредителем средства массовой информации «***» в судебном заседании заявленные требования не признал, поддержал письменные возражения на иск.

Выслушав объяснения сторон, исследовав письменные материалы дела, суд пришел к следующему выводу.

В соответствии со статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК Российской Федерации)гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Если сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, распространены в средствах массовой информации, они должны быть опровергнуты в тех же средствах массовой информации.

Гражданин, в отношении которого средствами массовой информации опубликованы сведения, ущемляющие его права или охраняемые законом интересы, имеет право на опубликование своего ответа в тех же средствах массовой информации.

Гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, вправе наряду с опровержением таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда, причиненных их распространением.

Правила настоящей статьи о защите деловой репутации гражданина соответственно применяются к защите деловой репутации юридического лица.

Согласно статье 43 Закона Российской Федерации 27 декабря 1991 года № 2124-1 «О средствах массовой информации», гражданин или организация вправе потребовать от редакции опровержения не соответствующих действительности и порочащих их честь и достоинство сведений, которые были распространены в данном средстве массовой информации. Такое право имеют также законные представители гражданина, если сам гражданин не имеет возможности потребовать опровержения. Если редакция средства массовой информации не располагает доказательствами того, что распространенные им сведения не соответствуют действительности, она обязана опровергнуть их в том же средстве массовой информации.

Если гражданин или организация представили текст опровержения, то распространению подлежит данный текст при условии его соответствия требованиям настоящего Закона. Редакция радио-, телепрограммы, обязанная распространить опровержение, может предоставить гражданину или

представителю организации, потребовавшему этого, возможность зачитать собственный текст и передать его в записи.

В судебном заседании ответчиками не оспаривался факт выхода в прямом эфире программы «***», в которой состоялась беседа с радиослушателем П. Указанное, также подтверждается эфирной справкой радиостанции ***, представленным диском с аудиозаписью эфира программы.

Факт распространения оспариваемых истцом сведений, ответчиками в ходе рассмотрения дела не оспаривался.

Из статьи 152 ГК Российской Федерации следует, что порочащими являются сведения, содержащие утверждение о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию юридического лица.

Проанализировав оспариваемые истцом сведения, суд находит, что сведения носят порочащий характер, поскольку содержат утверждения о нарушении действующего законодательства, неправильном, нечестном, неэтичном поведении сотрудников органов внутренних дел, неудовлетворительной работе руководителя ГУВД по г. Москве в части проведения реформированию органов внутренних дел, и в указанной части требования истца подлежат удовлетворению.

Доводы ответчика П. о том, что в эфире программы озвучивал суждения, основанные на обращениях сотрудников в профсоюз, председателем которого он является, доказательствами не подтверждены, а потому являются несостоятельными.

Ссылки ответчика П. на то, что высказанное мнение подтверждается рядом публикаций в СМИ, также не могут служить основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований, поскольку указанные публикации надлежащим образом не заверены, являются недопустимыми.

Каких-либо иных доказательств, подтверждающих соответствие действительности распространенных сведений, ответчиком не представлено.

Доводы представителя ответчика ООО «***» о том, истец не представил доказательств, подтверждающих нанесение ущерба деловой репутации оспариваемыми сведениями, суд находит несостоятельными, поскольку по правилам статьи 152 ГК Российской Федерации истец должен доказать факт распространения оспариваемых сведений, а на ответчика возложена обязанность доказать соответствие действительности оспариваемых сведений.

Таким образом, оценивая собранные по делу доказательства в их совокупности, суд пришел к выводу о том, что требования истца подлежат частичному удовлетворению.

Согласно пункту 5 статьи 152 ГК Российской Федерации гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь,

достоинство или деловую репутацию, вправе наряду с опровержением таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда, причиненных их распространением.

Суд пришел к выводу о том, что распространенные ответчиками сведения не соответствуют действительности, порочат деловую репутацию истца, удовлетворению подлежит удовлетворению и требование о компенсации морального вреда. Размер компенсации морального вреда с учетом всех обстоятельств дела, а также, что оспариваемые сведения были распространены через средство массовой информации, учитывая характер деятельности истца, суд оценивает в 50 000 руб.

Суд также принял во внимание и то обстоятельство, что по правилам пунктов 1, 2, 3, 5, 7 статьи 152 ГК Российской Федерации защита чести, достоинства и деловой репутации гражданина и юридического лица, посягательство на которые осуществлено путем распространения порочащих сведений или сведений, ущемляющих права и охраняемые законом интересы, осуществляется путем опровержения распространенных сведений, опубликования ответа, возмещения убытков, взыскания компенсации морального вреда. Признание не соответствующими действительности сведений как способ восстановления права, о чем просит истец, не предусмотрен законом и не подлежит применению.

Таким образом, исковые требования Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по г. Москве о защите деловой репутации, компенсации морального вреда удовлетворены частично.

Таким образом, суд обязал П. опровергнуть сведения, не соответствующие действительности и порочащие деловую репутацию Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по г. Москве, распространенные в эфире радиостанции *** в программе «***»; обязал ООО «***» предоставить эфир радиостанции *** в программе «***» для опровержения П. сведений, порочащих деловую репутацию Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по г. Москве. С ответчика П. взыскано в пользу Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по г. Москве в счет компенсации морального вреда 50 000 рублей.

 

Судебная практика по Закону г. Москвы от 12 июля 2002 года № 42-ФЗ «О соблюдении покоя граждан и тишины в ночное время в г. Москве».

1) Судебной коллегией по гражданским делам Московского городского суда в апелляционной инстанции было установлено, что истцы обратились в суд с иском к ответчикам, с учетом уточненного иска, о компенсации морального вреда и прекращении права пользования жилым помещением, расположенным в квартире № *** по ул. *** г. Москвы.

В обоснование заявленных требований, истцы ссылались на то, что они проживают в квартире № ***, расположенной по адресу: г. Москва, ул. ***,

этажом выше проживают ответчики, которые постоянно нарушают правила проживания в жилом помещении, систематически нарушают тишину после 22 часов, в дневное время и в выходные и праздничные дни ведут постоянные громкие разговоры, включают музыку, из их квартиры раздаются топот, грохот, перемещающийся из комнаты в комнату, чем создают неблагоприятные условия для отдыха. Ответчики неоднократно привлекались к административной ответственности, к ним неоднократно вызывался участковый. Указав, что из-за постоянного шума истцы переживают моральные и нравственные страдания, после бессонных ночей и невозможности отдыхать ухудшилось состояние здоровья, истцы просили суд прекратить право пользования ответчиков жилым помещением и взыскать компенсацию морального вреда по 90 000 рублей каждому истцу.

В ходе судебного заседания истец заявленные требования поддержал.

Представитель ответчика по доверенности в суде первой инстанции иск не признала.

Решением суда первой инстанции от 31 октября 2012 года в удовлетворении иска отказано.

На решение суда принесена апелляционная жалоба, в которой истец просит об отмене решения суда, ссылаясь на его незаконность и необоснованность.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, судебная коллегия пришла к выводу, что решение суда в части отказа в удовлетворении исковых требований истцов о компенсации морального вреда подлежит отмене по следующим основаниям.

Судом первой инстанции установлено, что 14 мая 1999 года истец приобрел квартиру № *** расположенную по адресу: г. Москва, ул. ***, в которой с 2004 года также проживает второй истец.

В квартире № ***, расположенной по адресу: г. Москва, ул. ***, зарегистрирован по месту жительства как собственник этого жилого помещения ответчик и его сыновья.

В ходе разрешения спора, стороной истцов указывалось на то, что в результате систематического нарушения семьей ответчиков Закона г. Москвы от 12 июля 2002 года № 42 «О соблюдении покоя граждан и тишины в ночное время в г. Москве», поскольку ответчики шумят как в ночное, так и в дневное время суток, нарушаются их покой ночью, а также их здоровью нанесен вред, после бессонных ночей имеется головная боль, слабость, головокружение, шум в голове, поднимается давление, что подтверждает медицинскими документами. Положениями статьи 2 Закона г. Москвы от 12 июля 2002 года № 42 «О соблюдении покоя граждан и тишины в ночное время в городе Москве» предусмотрено, что к действиям, нарушающим покой граждан и тишину в ночное время на защищаемых территориях и в защищаемых помещениях в городе Москве, относятся: использование телевизоров, радиоприемников, магнитофонов и других звуковоспроизводящих устройств, а также устройств

звукоусиления, в том числе установленных на транспортных средствах, объектах мелкорозничной торговли - киосках, павильонах, лотках, повлекшее нарушение покоя граждан и тишины в ночное время; игра на музыкальных инструментах, крики, свист, пение, а также иные действия, сопровождающиеся звуками, повлекшие нарушение покоя граждан и тишины в ночное время; использование звуковых сигналов охранной сигнализации автомобилей, повлекшее нарушение покоя граждан и тишины в ночное время; использование пиротехнических средств, повлекшее нарушение покоя граждан и тишины в ночное время; производство ремонтных, строительных, разгрузочно-погрузочных работ, повлекшее нарушение покоя граждан и тишины в ночное время; иные действия, повлекшие нарушение покоя граждан и тишины в ночное время на защищаемых территориях и в защищаемых помещениях в городе Москве. Статьей 3.13 Закона г. Москвы от 21 ноября 2007 года № 45 «Кодекс города Москвы об административных правонарушениях» предусмотрена административная ответственность за совершение действий нарушающих тишину и покой граждан с 23 часов до 7 часов на установленных законодательством города Москвы защищаемых территориях и в защищаемых помещениях, за исключением действий, направленных на предотвращение правонарушений, ликвидацию последствий аварий, стихийных бедствий, иных чрезвычайных ситуаций, проведение неотложных работ, связанных с обеспечением личной и общественной безопасности граждан в соответствии с законодательством Российской Федерации, действий, совершаемых при отправлении религиозных культов в рамках канонических требований соответствующих конфессий, а также при проведении культурно-массовых мероприятий, разрешенных органами государственной власти или органами местного самоуправления в городе Москве. В соответствии со статьей 17 Конституции Российской Федерации – в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Из материалов дела следует, что ответчики привлекались к административной ответственности по статье 3.13 Кодекса города Москвы об административных правонарушениях за нарушение тишины и покоя граждан 4 марта 2010 года и 7 апреля 2011 года.

Факт нарушения тишины ответчиками подтвержден достаточными доказательствами (соответствующими письмами из Отдела МВД России, в которых указано на наличие постановлений о привлечении ответчиков к административной ответственности за нарушение тишины и спокойствия граждан в ночное время; актом, подписанным жителями дома, из которого также следует, что названные выше ответчики нарушают покой и тишину жителей этого дома после 22-х часов; рапортом старшего участкового уполномоченного Отдела МВД.

Совокупность приведенных выше доказательств подтверждает факт

нарушения ответчиками тишины и покоя истцов в ночное время и как последствия этих действий, причинение истцам морального вреда.

При рассмотрении дела судом первой инстанции не приняты во внимание приведенные выше и имеющиеся в материалах дела доказательства, правовая оценка этим доказательствам не дана, что привело к вынесению незаконного и необоснованного решения в части исковых требований о компенсации морального вреда, поскольку, как указано выше, неоднократными и неправомерными действиями ответчиков истцам причинен моральный вред, который выражается в нарушении спокойствия истцов в ночное время суток.

При таких обстоятельствах решение суда в части отказа в удовлетворении требований истцов к ответчикам о компенсации морального вреда подлежит отмене.

Таким образом, судебная коллегия Московского городского суда вынесла новое решение, которым с ответчиков взыскано в счет компенсации морального вреда в пользу истцов по 5 000 руб. каждому.

 

Судебная практика по Федеральному закону от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях».

 

1) Московским городским судом, в порядке надзора была рассмотрена жалоба Истца на постановление судьи Тверского районного суда г. Москвы от 30 сентября 2013 года и решение судьи Московского городского суда от 12 ноября 2013 года по делу об административном правонарушении. Так, было установлено, что постановлением судьи Тверского районного суда г. Москвы от 30 сентября 2013 года истец признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 5 статьи 20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП Российской Федерации), и ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 3 000 (трех тысяч) рублей.

Решением судьи Московского городского суда от 12 ноября 2013 года указанное выше постановление оставлено без изменения, жалоба истца – без удовлетворения.

В своей жалобе истец, выражая несогласие с указанными судебными актами, просит об их отмене и прекращении производства по делу, ссылаясь на то, что в его действиях отсутствует состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 5 ст. 20.2 КоАП Российской Федерации, поскольку акция в которой он принимал участие не является публичным мероприятием; в постановлении судьи районного суда событие вменяемого правонарушения описано противоречиво; Лобное место не является территорией, прилегающей к резиденции Президента Российской Федерации, поскольку расположено на расстоянии 100 метров от Московского Кремля; рапорта сотрудников полиции и протокол об административном правонарушении являются недопустимыми доказательствами, так как рапорты, положенные в основу протокола, имеют

тождественное содержание и противоречивое описание события; в нарушение требований пункта 2 части 4 статьи 5 Федерального закона от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» сотрудники полиции не разъяснили ему причину и основания административного задержания.

Проверив представленные материалы, изучив доводы жалобы заявителя, нахожу обжалуемые судебные акты законными и обоснованными. В соответствии с частью 5 статьи 20.2 КоАП Российской Федерации административным правонарушением признается нарушение участником публичного мероприятия установленного порядка проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования, за исключением случаев, предусмотренных частью 6 настоящей статьи, предусматривающей административную ответственность за те же действия, повлекшие причинение вреда здоровью человека или имуществу, если они не содержат уголовно наказуемого деяния. В статье 2 Закона о собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях публичное мероприятие определено как открытая, мирная, доступная каждому, проводимая в форме собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования либо в различных сочетаниях этих форм акция, осуществляемая по инициативе граждан Российской Федерации, политических партий, других общественных объединений и религиозных объединений.

Пикетирование – форма публичного выражения мнений, осуществляемого без передвижения и использования звукоусиливающих технических средств путем размещения у пикетируемого объекта одного или более граждан, использующих плакаты, транспаранты и иные средства наглядной агитации. В соответствии с пунктом 3 части 2 статьи 8 указанного Федерального закона территории, непосредственно прилегающие к резиденциям Президента Российской Федерации, относятся к местам, в которых проведение публичного мероприятия запрещаются. На основании Указа Президента Российской Федерации № 82 от 31 января 1992 года «Об официальной резиденции Президента Российской Федерации» официальной резиденцией Президента Российской Федерации является Московский Кремль.

При рассмотрении дела судьей районного суда установлено, что

25 августа 2013 года, в 18 часов 15 минут истец, находясь по адресу: г. Москва, Красная площадь, д. 5, то есть на территории, прилегающей к резиденции Президента Российской Федерации, принимал участие в пикете в количестве 10 человек, в руках держал баннер с надписью «За нашу и вашу свободу», чем нарушил пункт 3 части 2 статьи 8 Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», то есть совершил административное правонарушение, предусмотренное частью 5 статьи 20.2 КоАП Российской Федерации.

Факт совершения административного правонарушения и виновность истца подтверждены совокупностью доказательств, достоверность и

допустимость которых сомнений не вызывают, а именно: протоколом об административном правонарушении; протоколом об административном задержании; рапортами сотрудников полиции.

Таким образом, постановление судьи Тверского районного суда г. Москвы от 30 сентября 2013 года и решение судьи Московского городского суда от 12 ноября 2013 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 5 статьи 20.2 КоАП Российской Федерации, в отношении истца оставлено без изменения, жалоба истца – без удовлетворения.

 

2) Истец обратился в Московский городской суд с жалобой на постановление судьи первой инстанции от 16 января 2014 года, которым истец признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 20.2.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях(далее – КоАП Российской Федерации), и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 10 000 рублей, в которой ставят вопрос о его отмене, прекращении производства по делу в связи с отсутствием события правонарушения, ссылаются на то, что массовое одновременное пребывание и передвижение граждан было организовано должностными лицами Управы района и являлось публичным мероприятием – встречей главы Управы с жителями; перед получением объяснений истцу не были предварительно разъяснены его права и обязанности, предусмотренные частью 1 статьи 25.1 КоАП Российской Федерации, в том числе право пользоваться юридической помощью защитника; показания свидетеля являются недопустимыми доказательствами; совокупность исследованных доказательств не является достаточной для вывода о виновности истца в совершении инкриминируемого ему деяния.

По результатам исследования материалов дела, проверки доводов жалобы, опросив в судебном заседании в качестве свидетелей оснований для изменения или отмены постановления судьи не найдено.

Как следует из материалов дела, 15 января 2014 года в 22 часа 30 минут истец по адресу: г. Москва, ул. ***, д. **, корп. ** принимал участие в массовом одновременном пребывании и передвижении граждан в общественном месте, повлекшем нарушение общественного порядка, создав помехи для движения транспортных средств и пешеходов.

Факт совершения административного правонарушения и вина истца подтверждаются всеми необходимыми материалами. Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» публичное мероприятие – открытая, мирная, доступная каждому, проводимая в форме собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования либо в различных сочетаниях этих форм акция, осуществляемая по инициативе граждан Российской Федерации, политических партий, других общественных объединений и религиозных объединений, в том числе с использованием транспортных средств. Целью публичного мероприятия

является свободное выражение и формирование мнений, а также выдвижение требований по различным вопросам политической, экономической, социальной и культурной жизни страны и вопросам внешней политики.

Вопреки доводам жалобы, согласно исследованным доказательствам, истец принимал участие в массовом одновременном пребывании и передвижении граждан в общественном месте, не являющимся публичным мероприятием.

Совокупность исследованных доказательств является достаточной для установления обстоятельств, входящих в предмет доказывания по делу об административном правонарушении по части 1 статьи 20.2.2 КоАП Российской Федерации по делу в отношении истца. Действия истца правильно квалифицированы по части 1 статьи 20.22 КоАП Российской Федерации, поскольку он, принимал участие в массовом одновременном пребывании и передвижении граждан в общественном месте, которое повлекло нарушение общественного порядка и создало помехи движению пешеходов и транспортных средств.

Порядок и срок давности привлечения истца к административной ответственности не нарушены.

В соответствии с общими правилами назначения административных наказаний административное наказание за совершение административного правонарушения назначается в пределах, установленных законом, предусматривающим ответственность за данное административное правонарушение в соответствии с КоАП Российской Федерации (часть 1 статьи 4.1 КоАП Российской Федерации). При назначении административного наказания физическому лицу учитываются характер совершенного им административного правонарушения, личность виновного, его имущественное положение, обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность (часть 2 статьи 4.1 КоАП Российской Федерации). Наказание истцу назначено в пределах санкции части 1 статьи 20.2.2 КоАП Российской Федерации, с учетом характера и обстоятельств совершенного деяния, личности виновного, который ранее привлекался к административной ответственности, вместе с тем, при определении минимального размера предусмотренного санкцией данной части статьи наказания, судом учтено состояние здоровья истца.

Нарушений норм материального и процессуального права, в том числе права на защиту, влекущих отмену или изменение обжалуемого судебного постановления, по делу не имеется.

Таким образом, постановление суда первой инстанции от 16 января 2014 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 20.2.2 КоАП Российской Федерации, в отношении истца оставлено без изменения.

Заявитель «К.Н.В.». обратился в Московский городской суд с заявлением о присуждении компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок

Заявитель «К.Н.В.». обратился в Московский городской суд с заявлением о присуждении компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок, мотивируя его тем, что органами предварительного следствия, Нагатинским и Симоновским районными судами города Москвы, длительное время, начиная с 30 ноября 2006 года и по 27 октября 2011 года, не выносилось окончательное решение по уголовному делу, по которому «К.Н.В.» был привлечен в качестве обвиняемого, что, по мнению самого истца, превысило разумный срок судопроизводства, в связи с чем заявитель просит присудить ему компенсацию за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок в размере 171 240 руб.

Суд, выслушав объяснения заявителя, изучив материалы дела приходит к выводу, что производство по настоящему гражданскому делу подлежит прекращению по следующим основаниям.

Согласно статье 4 Гражданского кодекса Российской Федерации акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом. По отношениям, возникшим до введения в действие акта гражданского законодательства, он применяется к правам и обязанностям, возникшим после введения его в действие.

Статьей 6 Федерального закона от 30 апреля 2010 года № 68-ФЗ 
«О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» (далее - Закон о компенсации) предусмотрено, что настоящий Федеральный закон вступает в силу с 4 мая 2010 года. В течение шести месяцев со дня вступления в силу указанного Федерального закона лица, подавшие в Европейский Суд по правам человека (далее - ЕСПЧ) жалобу на предполагаемое нарушение их судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок, в отношении которой не вынесено решение по вопросу ее приемлемости или по существу дела, могут обратиться в порядке, установленном Законом  о компенсации и процессуальным законодательством Российской Федерации, в суд, арбитражный суд с заявлением о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок с указанием в нем даты обращения с жалобой в ЕСПЧ и номера этой жалобы.

Из приведенной нормы закона следует, что он применяется к правоотношениям, возникшим после введения его в действие, то есть после 4 мая 2010 года исключение составляют лишь заявления лиц, ранее обратившихся в ЕСПЧ с жалобой на предполагаемое нарушение их права на судопроизводство в разумный срок  или  права на исполнение судебного акта в разумный срок, в отношении которой не вынесено решение по вопросу или по существу дела.

В судебном заседании заявитель пояснил, что он с жалобой в ЕСПЧ на длительность судопроизводства по его уголовному делу не обращался. Жалоба, поданная им в ЕСПЧ, не содержит требований о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок.

Полученный на судебный запрос ответ из Министерства юстиции Российской Федерации о том, что в своей жалобе поданной в ЕСПЧ «К.Н.В.» ссылается, в частности, на длительность производства по его делу, суд, учитывая приведенные выше обстоятельства, не может расценить.

Последним судебным актом, принятым по уголовному делу «К.Н.В.», является постановление вынесенное следователем 2008 года о прекращении производства по делу. Доводы заявителя об обратном суд отклоняет как необоснованные.

Заявитель также просит присудить ему компенсацию за предполагаемое улучшение его права на судопроизводство в разумный срок при рассмотрении судами его жалоб, данных в порядке статьи 125 Уголовно - процессуального кодекса Российской Федерации, а также заявлений о возмещении судебных издержек и материального вреда, поданных «К.Н.В.» в порядке реабилитации.

В данной части требований   производство по настоящему делу также подлежит прекращению.

B соответствии с пунктом 6 статьи 3 Закона заявление о присуждении компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок может быть подано в суд в шестимесячный срок со дня вступления в законную силу приговора или постановления суда по делу либо другого судебного решения, которым прекращено уголовное судопроизводство.

В случае установления подозреваемого или обвиняемого заявление о присуждении компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок может быть подано в суд до прекращения уголовного преследования или до вступления в законную силу обвинительного приговора суда, если продолжительность производства по уголовному делу превысила 4 года, и заявитель ранее обращался с заявлением об ускорении его рассмотрения в порядке, установленном Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (пункт 7 статьи 3 Закона).

Заявление о присуждении компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок может быть подано в защиту предполагаемого нарушенного права на разумные сроки досудебного и судебного производства по уголовному делу, связанному с привлечением лица к уголовной ответственности.

Таким образом, производство по гражданскому делу по заявлению «К.В.Н» о присуждении компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок прекратить.

«Б.А.В.» обратился в Тверской районный суд г. Москвы

 «Б.А.В.» обратился в Тверской районный суд г. Москвы с иском о возмещении денежной компенсации за материальный и моральный вред, причиненного незаконными действиями должностных лиц, предъявленным к ГУ МВД России по г. Москве, Министерству финансов Российской Федерации ссылаясь на то, что 1 августа 2010 года сотрудником ГИБДД в отношении истца был составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном частью 4 статьи 12.9 КоАП РФ, водительское удостоверение изъято.

Постановлением исполняющего обязанности мирового судьи Мещанского района г. Москвы от 26 ноября 2010 года истец признан виновным в совершении правонарушения, предусмотренного частью 4 статьи 12.9 КоАП РФ, и ему назначено наказание в виде штрафа в размере 2500 руб.

9 июня 2011 года истец обратился в 1-й батальон спецполка ДПС ГИБДД по г. Москве, где ему была вручена квитанция об оплате штрафа в размере 2500 руб., после оплаты которого истцу было возвращено водительское удостоверение, изъятое по протоколу об административном правонарушении, предусмотренном частью 4 статьи 12.9 КоАП РФ. При этом истец не был проинформирован сотрудниками ДПС о состоявшемся постановлении мирового судьи, а судебный участок не был проинформирован об оплате штрафа, что привело к претензиям к «Б.А.В.» со стороны УФССП по г. Москве.

Решением Мещанского районного суда г. Москвы от 19 января 2012 года постановление мирового судьи отменено, производство по делу об административном правонарушении прекращено в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

В результате незаконных действий государственных органов и должностных лиц истцу причинен имущественный вред в размере упущенной выгоды от уплаты штрафа с учетом ставки рефинансирования в сумме 2901 руб. расходов на лекарства, 12384 руб. судебных расходов, а также моральный вред, денежная компенсация которого составляет 750000 руб.

Представитель ГУ МВД России по г. Москве, по доверенности — «Е.К.Б.», на судебное заседание явился, возражал против удовлетворения исковых требований.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации на заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, представил в суд заявление, в котором просил рассматривать дело в его отсутствии.

Суд счел возможным рассмотреть дело при данной явке.

Суд, выслушав объяснения явившихся на судебное заседание лиц, исследовав письменные материалы дела, находит иск не подлежащим удовлетворению.

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ), вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В силу статьи 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет казны Российской Федерации, субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со статьей 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности, вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию, в иных случаях, предусмотренных законом.

Оценив представленные доказательства по требованиям статьи 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований, поскольку действия должностных лиц незаконными в установленном порядке не признавались, доказательств причинения истцу материального и морального вреда в результате действий (бездействия) государственных органов, должностных лиц не представлено. Оплаченный ошибочно по не вступившему в законную силу судебному постановлению штраф истец имеет право возвратить. Решение о лишении «Б.А.В.» права управления транспортными средствами судом не принималось.

 

В Тверской районный суд г. Москвы поступило исковое заявление

В Тверской районный суд г. Москвы поступило исковое заявление о перерасчете выслуги лет, взыскании задолженности по выплате процентной надбавки, компенсации за неиспользованный отпуск, процентов, морального вреда.

Истец проходила службу в органах внутренних дел с 1 июля 2003 года в должности старшего инспектора по особым поручениям отдела кадров Управления по налоговым преступлениям ГУВД г. Москвы, инспектора по оперативно-розыскной работе 4 отдела Зонального информационного центра, специалиста по работе с личным составом группы кадров ЗИЦ ГУВД г. Москвы. С 14 июня 2011 года находилась в ГУ МВД России по г. Москве. С 7 ноября 2011 года в соответствии с приказом ГУ МВД России по г. Москве истец была уволена со службы в органах внутренних дел по пункту «е» статьи 58 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации (по сокращению штатов). Считая расчет стажа службы в органах внутренних дел неверным, истец обратилась  в суд с иском к ГУ МВД России по Московской области, указывая на то, что ответчик в нарушение статьи 54 Федерального Закона Российской Федерации от 30 июня 2003 года № 86-ФЗ не зачел выслугу лет сотрудников федеральных органов налоговой полиции, исчисленную в соответствии с Положением о прохождении службы в органах налоговой полиции Российской Федерации. Ответчиком необоснованно установлена выслуга лет 6 лет 6 месяцев 25 дней, вместо выслуги в календарном исчислении на момент увольнения из органов налоговой полиции – 11 лет 1 месяц 10 дней, в связи с чем ответчиком не включен в выслугу лет период работы истца главным специалистом по экономическим вопросам общества «М» при Министерстве водного хозяйства Узбекской ССР с 5 мая 1992 года по 5 ноября 1996 года в количестве 4 лет 6 месяцев. В результате уменьшения периода выслуги истец была лишена 5 % надбавки за выслугу лет и стажа службы, дающего право на дополнительный отпуск по 5 суток ежегодно за 9 лет, в связи с чем просит взыскать с ответчика задолженность по выплате процентной надбавки за 9 лет – 26 260 руб., компенсацию за неиспользованный дополнительный отпуск за период с 2005 года по 2011 год в количестве 45 дней в размере 67 500 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами – 8 205 руб., компенсацию морального вреда – 270 000 руб.

На судебное заседание истец явилась, исковые требования поддержала.

Представитель ответчика «П.О.И» в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения исковых требований, указывая на то, что истцом пропущен срок исковой давности, расчет стажа службы в органах внутренних дел был произведен в соответствии с нормами действующего законодательства и имеющимися ведомственными приказами.

Выслушав стороны, проверив и оценив материалы дел, суд приходит к следующему.

Единый порядок исчисления стажа службы в органах внутренних дел определяется в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 22 сентября 1993 года № 941 «О порядке исчисления выслуги лет, назначения и выплаты пенсий, компенсаций и пособий лицам, проходившим военную службу в качестве офицеров, прапорщиков, мичманов и военнослужащих сверхсрочной службы или по контракту в качестве солдат, матросов, сержантов и старшин, либо службу в органах внутренних дел, государственной противопожарной службе, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семьям в Российской Федерации».

Перечень служб, стаж работы в которых подлежит включению в стаж службы в органах внутренних дел, определяется статьей 1 указанного постановления, в частности подлежит включению в стаж службы в органах  внутренних дел служба в органах налоговой полиции Российской Федерации в качестве сотрудников, имеющих специальные звания.

Довод истца о том, что в стаж службы в органах внутренних дел также подлежит включению период работы в обществе «М» при Министерстве водного хозяйства Узбекской ССР суд находит несостоятельным.

Общество «М» при Министерстве водного хозяйства Узбекской ССР не входит в систему органов внутренних дел, нормативно-правовые акты, регламентирующие порядок исчисления стажа работы в данной организации в стаж службы в органах внутренних дел.

Кроме того, суд не находит состоятельным довод истца о том, что расчет стажа службы в органах внутренних дел был перерасчитан в нарушение статьи 54 Федерального Закона Российской Федерации от 30 июня 2003 года № 86-ФЗ.

Так в статье 54 Федерального Закона Российской Федерации № 86-ФЗ от 30 июня 2003 года говориться о том, что не подлежит перерасчету выслуга лет сотрудников федеральных органов налоговой полиции, исчисленная в соответствии с нормативными правовыми актами, регламентирующими порядок прохождения службы в органах налоговой полиции.

В соответствии с пунктом 1 постановления Правительства Российской Федерации от 20 февраля 1995 года № 155 «О порядке исчисления выслуги лет, назначения и выплаты пенсий и пособий лицам, проходившим службу в федеральных органах налоговой полиции» применяется постановление Правительства Российской Федерации от 22 сентября 1993 года № 941.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд решил в удовлетворении исковых требований истца к ГУ МВД России   о перерасчете  выслуги лет для назначения пенсии и процентной надбавки, взыскании задолженности по выплате процентной надбавки, компенсации за неиспользованный, процентов за пользование чужими денежными средствами  компенсации морального вреда отказать.

Истец «С» обратился с исковым заявлением в суд

Истец «С» обратился с исковым заявлением в суд к ГУ МВД России по г. Москве с требованием о признании незаконным пересмотра выплаты пенсии.

Истец проходил службу с 12 декабря 1991 года по 15 декабря 1996 года в УВД и полагал, что данный период необоснованно исключен из выслуги лет на основании решения ЦПО ГУ МВД России по г. Москве.

Решением Тверского районного суда от 27 февраля 2012 года исковые требования удовлетворены. Представителем ГУ МВД России по г. Москве «Ш» была подана апелляционная жалоба на решение Тверского суда, в которой был поставлен вопрос об отмене решения.

Из материалов дела усматривается, что «С» с 12 мая 1978 года является сотрудником МВД Абхазской ССР и 15 декабря 1996 года был уволен по выслуге срока службы, дававшего право на получение пенсии.

Выплата пенсии производилась за выслугу лет, за 32 года. В связи с переездом «С» на новое место жительства в г. Москву, 26 декабря 1996 года в ЦПО ГУВД по г. Москве из Республики Абхазия поступило пенсионное дело истца для дальнейшего пенсионного обеспечения по новому избранному месту жительства.

Поскольку решением ЦПО ГУВД по г. Москве не подтверждена выслуга лет «С» за период с 12 декабря 1991 года по 15 декабря 1996 года, когда он проходил службу в ином государстве, с 1 мая 2001 года размер пенсии истцу был пересмотрен за вычетом указанного периода.

Разрешая спор по существу и удовлетворяя иск, суд первой инстанции руководствовался тем, что «С» являлся гражданином бывшего СССР, а потому ответчик незаконно пересмотрел размер пенсии.

С данными доводами суд не согласен. Российская Федерация является участником Соглашения стран СНГ от 13 марта 1992 года «О гарантиях прав граждан государств-участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения и государственного страхования сотрудников органов внутренних дел государств-участников Содружества Независимых Государств».

Статья 7 Соглашения предусматривает сохранение выплаты назначенной пенсии при переезде пенсионера на постоянное место жительства в другое государство-участник Соглашения. Однако данное Соглашение Республикой Грузия не подписано.

Соглашение между Российской Федерацией и Республикой Абхазия «О порядке пенсионного обеспечения сотрудников органов внутренних дел» (заключено в г. Москве 13 июня 2011 года) на момент рассмотрения спора судом не вступило в законную силу.

Таким образом, суд первой инстанции в нарушение названных норм материального права не учел, что ответчик не уполномочен определять стаж службы в органах внутренних дел Республика Грузия.

При таком положении действия ГУ МВД России по г. Москве, по поводу которых возник спор, следует считать законными и обоснованными, в связи с чем решение Тверского районного суда от 27 февраля 2012 года подлежит отмене с вынесением нового решения об отказе в удовлетворении иска. 

В Савеловский районный суд г. Москвы поступили заявления П.

В Савеловский районный суд г. Москвы поступили заявления П. об обязании Специального приемника для содержания лиц, арестованных в административном порядке № 1 ГУ МВД России по г. Москве, Отдела МВД России по району Сокол г. Москвы дать ответ на его обращение, аннулировать дактилоскопическую регистрацию, уничтожить всю информацию, полученную в результате регистрации.  

В судебном заседании П. требования заявлений поддержал.

Представитель Отдела ГУ МВД России по району Сокол г. Москвы возражал относительно предъявленных к Отделу требований, представил письменные возражения на них, которые поддержал в судебном заседании.

Представитель ГУ МВД России по г. Москве, в структуру которого входит Специальный приемник для содержания лиц, арестованных в административном порядке № 1 ГУ МВД России по г. Москве одновременно представляющий интересы МВД России, возражал против предъявленных требований, представил письменные возражения на них, которые поддержал в судебном заседании. 

Выслушав объяснения участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 254 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации гражданин, организация вправе оспорить в суде решение, действия (бездействие) органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если считают, что нарушены их права и свободы.

Мировым судьей судебного участка № 352 района Аэропорт П. был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 20.25 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации и ему назначено наказание в виде административного ареста сроком на 7 суток. Исполнение вынесенного постановления было возложено на Отдел МВД России по району Сокол г. Москвы.

Решением судьи Савеловского районного суда г. Москвы постановление мирового судьи отменено, производство по делу в отношении истца прекращено, наказание в виде административного ареста отменено.    

После вынесения постановления о привлечении П. к административной ответственности он был доставлен в отдел, где была проведена его обязательная дактилоскопическая регистрация, необходимая для помещения П. в специальный приемник для содержания лиц, арестованных в административном порядке № 1 ГУ МВД России по г. Москве в соответствии с пунктом «ж» статьи 9 Федерального закона от 25 июля 1998 года № 128-ФЗ  «О государственной дактилоскопической регистрации в Российской Федерации» Один  экземпляр дактокарты был направлен в Специальный приемник, второй экземпляр – в ЭКЦ УВД по САО ГУ МВД России по г. Москве.

Направленная в адрес ЭКЦ дактокарта была возвращена в Отдел по району Сокол г. Москвы, где была уничтожена.

Обоснованность дактилоскопической регистрации П. не оспаривалась.

Судом установлено, что информация о привлечении П. к административной ответственности в ЗИЦ ГУ МВД России по г. Москве отсутствует, следовательно, права П. ничем не нарушены и требования П. об обязании уничтожить всю информацию и аннулировать дактилоскопическую регистрацию обоснованными признаны быть не могут.

Кроме того Федеральным законом от 25 июля 1998 года № 128-ФЗ «О государственной дактилоскопической регистрации в Российской Федерации» не содержит такого понятия как аннулирование дактилоскопической регистрации, перечень оснований для уничтожения дактилоскопической информации прямо предусмотрен статьей 15 указанного Федерального закона, в связи  с чем заявленные требования П. не основаны на нормах закона и иных подзаконных актах.

Не усматривает суд оснований и для удовлетворения требований П. об обязании дать ответы на его обращения в связи с тем, что на его обращения были даны мотивированные и официальные ответы в установленный законом срок.

Факт получения данных ответов П. не отрицался.

В соответствии с частью 4 статьи 258 ГПК РФ суд отказывает в удовлетворении заявления если установит, что оспариваемое решение или действие принято либо совершено в соответствии с законом в пределах полномочий органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего и права и свободы гражданина не были нарушены.

Поскольку суд в ходе судебного разбирательства пришел к выводу о соответствии оспариваемых П. действий государственных органов требованиям закона, отсутствии какого-либо противоправного бездействия и нарушений прав и законных интересов заявителя, то в удовлетворении заявленных требований суд отказывает в полном объеме, в том числе и по требованиям о вынесении в адрес государственных органов частных определений.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд решил в удовлетворении требований заявлений П. об оспаривании действий (бездействия) государственных органов отказать.

Гражданин «А» обратился в суд с иском к ГУ МВД России по г. Москве о взыскании невыплаченной премии

В своем заявлении и в ходе судебного заседания истец указал, что 20 июля 2011 года он был поставлен в известность о предстоящем увольнении из органов внутренних дел и зачислен в распоряжение ГУ МВД России по г. Москве, при этом продолжал выполнять должностные обязанности по ранее занимаемой должности. В период с 20 сентября по 5 октября 2011 года сотрудникам подразделения ГУ МВД России по г. Москве, в котором работал истец, выплачивалась денежная премия за высокие достижения в служебной деятельности и в связи с очередной годовщиной со дня основания подразделения в размере 5000 руб. Истцу данная премия не выплачивалась.

Представитель ответчика в судебном заседании просила отказать в удовлетворении иска в полном объеме по доводам, изложенным в возражениях.

Выслушав истца, представителя ответчика, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Истец проходил службу в органах внутренних дел в должности старшего оперуполномоченного по особо важным делам подразделения ГУ МВД России по г. Москве.

Приказом ГУ МВД России по г. Москве указанное подразделение реорганизовано, утверждено новое штатное расписание.

20 июля 2011 года истцу вручено уведомление об увольнении из органов внутренних дел по пункту «е» части 1 статьи 58 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации (по сокращению штатов).

Приказом ГУ МВД России по г. Москве истец уволен из органов внутренних дел 19 октября 2011 года.

Приказом ГУ МВД России по г. Москве за добросовестное отношение к исполнению служебных обязанностей, высокое профессиональное мастерство и в связи с днем основания подразделения ГУ МВД России по г. Москве его сотрудники были поощрены денежной премией. Истец в вышеуказанный приказ включен не был.

Прохождение службы сотрудников органов внутренних дел регулируется специальными нормативными актами. Законодательство Российской Федерации о труде применялось и применяется к правоотношениям, возникшим в связи с прохождением службы в органах внутренних дел, вслучаях, предусмотренных специальными правовыми актами, либо тогда, когда эти правоотношения не урегулированы ими, и требуется применение норм Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 39 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 23 декабря 1992 года № 4202-1, к сотруднику, зачисленному в распоряжение органов внутренних дел, могут применяться меры поощрения, и на него могут налагаться дисциплинарные взыскания, предусмотренные настоящим Положением.

Премия является формой материального стимулирования эффективного и добросовестного труда, а также конкретного вклада работников в успешное выполнение задач, стоящих перед ним.

Согласно статье 19 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель поощряет работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности (объявляет благодарность, выдает премию), а в соответствии со статьей 22 поощрение работника за добросовестный, эффективный труд является правом, а не обязанностью работодателя.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 152, 194 - 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд в удовлетворении исковых требований истца к ГУ МВД России по г. Москве о взыскании невыплаченной премии отказал.

«С» обратился в Тверской районный суд г. Москвы с иском к ГУ МВД России по г. Москве об обязании произвести начисление и выплату районного коэффициента, индексации.

Истец обратился с иском к ответчику об обязании произвести начисление и выплату районного коэффициента при начислении пенсии с учетом индексации указывая на то, что с октября 1990 года по март 1999 года служил в МВД Республики Саха (Якутия) в г. Якутске в учреждении ИК -7 УИН в сложных экстремальных условиях. В период прохождения службы истец заболел, в результате чего по требованию руководства прошел медицинское обследование и комиссией ОВВК МВД России был признан негодным для прохождения службы, приказом от 16 февраля 1999 года № 52л/с он уволен с 1 марта 1999 года в соответствии с пунктом «з» статьи 58 Положения о службе (по ограниченному состоянию здоровья), в период проживания в г. Якутске истец получал к назначенной пенсии доплату районный коэффициент - 40%. После переезда в г. Москву с 2006 года выплата районного коэффициента ответчиком прекращена, в связи, с чем просит суд обязать ответчика производить начисления и выплату районного коэффициента в размере 40 % с момента переезда на новое место жительства из г. Якутска в г. Москву с сентября 2006 года с учетом индексации ежемесячных выплат районного коэффициента к моменту рассмотрения дела в суде и с момента переезда из г. Якутска, ссылаясь на то, что районный коэффициент является компенсацией причиненного в период службы вреда здоровью, в связи с чем данный коэффициент должен быть также выплачен и на основании статей 1064,1084 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Истец в судебном заседании поддержал заявленные исковые требования в полном объеме. Представитель ответчика против удовлетворения исковых требований возражал, по основаниям, изложенным в письменном отзыве на иск, приобщенном к материалам дела, указывая на то, что истец не имеет необходимого 15 летнего срока службы в районах Крайнего Севера для сохранения ему районного коэффициента при переезде из районов Крайнего Севера, стаж службы истца в органах внутренних дел в районах Крайнего Севера составляет 8 лет 4 месяца.

Выслушав объяснения сторон, исследовав материалы дела, суд прошел к следующему.

В силу статьи 1 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 года № 4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу,

службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы и их семей» (далее Закон) условия, нормы и порядок обеспечения, предусмотренные настоящим Законом распространяются в том числе и на лиц рядового и начальствующего состава, проходивших службу в органах внутренних дел.

В соответствии с Постановлением Правительства Российской Федерации № 941 от 22 сентября 1993 года «О прядке исчисления выслуги лет, назначении и выплаты пенсий, компенсаций и пособий лицам, проходившим военную службу...» служба в органах налоговой полиции Российской Федерации засчитывается в выслугу лет для назначения пенсии после увольнения со службы.

В соответствии со статьей 48 Закона пенсионерам из числа лиц, проживающих в местностях, где к заработной плате рабочих и служащих устанавливаются районные коэффициенты, на период их проживания в этих местностях, пенсии, назначаемые в соответствии с настоящим Законом, исчисляются с применением районного коэффициента, установленного в данной местности для рабочих и служащих непроизводственных отраслей.

За пенсионерами из числа лиц, указанных в статье 1 настоящего Закона прослуживших в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях соответственно не менее, 15 и 20 календарных лет, которым пенсия была начислена с применением районного коэффициента, при выезде из этих районов и местностей на новое постоянное место жительства сохраняется размер пенсии, исчисленной с учетом соответствующего районного коэффициента.

Таким образом, в соответствии с требованиями действующего законодательства обязательным условием для сохранения размера пенсии, назначенной с учетом районного коэффициента, при выезде из районов Крайнего Севера и приравненных к нему местностей в другие регионы Российской Федерации, где районный коэффициент не установлен или установлен в меньшем размере, является наличие факта службы в этих районах и местностях не менее 15 и 20 лет соответственно.

Как следует из материалов дела, с октября 1990 года по март 1999 года истец служил в МВД Республики Саха (Якутия) в г. Якутске в учреждении ИК -7 УИН. Комиссией ОВВК МВД России истец был признан негодным для прохождения службы, приказом от 16 февраля 1999 года он уволен с 1 марта 1999 года в соответствии с пунктом «з» статьи 58 Положения о службе (по ограниченному состоянию здоровья), после увольнения истцу была назначена пенсия с учетом районного коэффициента 40 %, которая выплачивалась ему в период проживания в г. Якутске. С сентября 2006 года истец постоянно зарегистрирован в г. Москве. После переезда в Москву с 2006 года выплата районного коэффициента ответчиком прекращена, что ответчиком не отрицалось.

Таким образом, стаж службы истца в органах внутренних дел в районах Крайнего Севера составил 8 лет и 4 месяца, что менее 15 лет, в связи с чем при переезде на новое постоянное место жительство, не относящееся к районном Крайнего Севера, истцу не может быть сохранен районный коэффициент.

Довод истца о том, что районный коэффициент является компенсационной выплатой в возмещение вреда здоровью, причиненного в период прохождения службы в органах внутренних дел в районах Крайнего Севера, в связи с чем по данному вопросу должно быть применено законодательство, регулирующее вопросы возмещения вреда здоровью (ст.ст. 1064,1084,1085 Гражданского кодекса Российской Федерации), основан на ошибочном толковании норм материального права.

Порядок назначения и сохранения районного коэффициента для сотрудников органов внутренних дел установлен специальным законодательством. Районный коэффициент не является компенсационной выплатой возмещения вреда здоровью. Районный коэффициент имеет целью компенсировать дополнительные материальные и физиологические затраты в связи с работой и проживанием в неблагоприятных условиях, в местностях с особыми климатическими условиями, поэтому данные выплаты не связаны с возмещением вреда здоровью.

Таким образом, суд решил в удовлетворении исковых требований «С» к ГУ МВД России по г. Москве об обязании произвести начисление и выплату районного коэффициента с учетом индексации, отказать.

Истец обратилась в суд с иском к ответчику о снятии дисциплинарного взыскания, в виде строгого выговора

Истец обратилась в суд с иском к ответчику о снятии дисциплинарного взыскания, в виде строгого выговора,наложенного приказом ГУ МВД России по г. Москве от 20 июля 2012 года № 1048 л/с за допущенные нарушения требований статьи 166, части 1 статьи 226, части «з» статьи 227 Уголовно­процессуального кодекса Российской Федерации (далее - Кодекс), подпунктов 4.1, 4.10 должностной инструкции, выразившиеся в неизвещении о дне предъявления обвинения через администрацию места содержания под стражей П., незаверении исправлений в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого П. всеми лицами, участвовавшими в следственном действии, нарушении срока представления уголовного дела № 284512 с обвинительным актом Тушинскому межрайонному прокурору г. Москвы, неосуществлении организации и необеспечении выполнения возложенных на отделение дознания Отдела МВД России по району Куркино г. Москвы задач и функций, непринятии мер по повышению эффективности работы в отделении дознания, несоблюдении требований Кодекса, указывая на то, что она не совершала нарушений норм Кодекса, дисциплинарное взыскание несоразмерно тяжести проступка и является следствием предвзятого к ней отношения прокурора; также истец оспаривала отказ в предоставлении информации, а именно в предоставлении документов служебной проверки, копии приказа, компенсации морального вреда в размере 10000 руб.

В судебное заседание истец и ее представитель явились, исковые требования поддержали.

В судебное заседание представитель ответчика К. явилась, возражала против исковых требований, указывая на то, что дисциплинарное взыскание к истцу применено законно и обоснованно, с соблюдением установленного законом порядка. По результатам служебной проверки заместитель начальника Главного управления МВД России по г. Москве принял решение о привлечении истца к дисциплинарной ответственности в виде строгого выговора.

Определение соразмерности применяемого дисциплинарного взыскания тяжести проступка, совершенного сотрудником органов внутренних дел, относится к полномочиям начальника, правомочного принимать решения о наложении дисциплинарного взыскания.

Суд, выслушав стороны, исследовав материалы дела, счел исковые требования не подлежащими удовлетворению.

Как установлено судом, истец проходит службу в органах внутренних дел Российской Федерации на должности старшего дознавателя отделения дознания Отдела МВД России по району Куркино г. Москвы.

В соответствии со статьей 5 Трудового кодекса Российской Федерации регулирование трудовых отношений, иных непосредственно связанных с ними отношений осуществляется трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права: Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами, указами Президента Российской Федерации, постановлениями Правительства Российской Федерации и нормативными правовыми актами федеральных органов исполнительной власти.

Согласно должностным обязанностям старшего дознавателя отделения дознания Отдела МВД России по району Куркино г. Москвы, доведенным до сведения истца, к числу ее обязанностей относятся: осуществление организации и обеспечение выполнения возложенных на отделение дознания задач и функций, принятие мер по повышению эффективности работы в отделении дознания, контроль соблюдения требований Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, состояния законности по уголовным делам, окончания уголовных дел в установленные законом сроки.

20 июля 2012 года начальником Главного управления МВД России по г. Москве издан приказ № 1048 л/с о наложении на истца дисциплинарного взыскания в виде строгого выговора за допущенные нарушения требований статьи 166, части «л» статьи 226, части «з» статьи 227 Кодекса, подпунктов 4.1, 4.10 должностной инструкции, выразившиеся в неизвещении о дне предъявления обвинения через администрацию места содержания под стражей П., незаверении исправлений в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого П. всеми лицами, участвовавшими в следственном действии, нарушении срока представления уголовного дела № 284512 с обвинительным актом Тушинскому межрайонному прокурору г. Москвы, неосуществлении организации и необеспечении выполнения возложенных на отделение дознания Отдела МВД России по району Куркино г. Москвы задач и функций, непринятии мер по повышению эффективности работы в отделении дознания, несоблюдении требований Кодекса.

Основанием для издания данного приказа послужило информационное письмо и.о. Тушинского межрайонного прокурора г. Москвы советника юстиции Д. от 6 июня 2012 года № 16-02-2012 о допущенных нарушениях уголовно-процессуального законодательства при расследовании уголовного дела № 284512 сотрудниками отделением дознания Отдела МВД России по району Куркино г. Москвы, поступившее 8 июня 2012 года в УОД ГУ МВД России по г. Москве.

Служебная проверка назначена поручением от 14 июня 2012 года в виде резолюции заместителя начальника Главного управления МВД России по г. Москве Г. на докладной записке об отмене служебной проверки отдела дознания УВД по СЗАО ГУ МВД России по г. Москве от 4 апреля 2012 года и проведении служебной проверки по фактам нарушений требований уголовно­процессуального законодательства в отношении сотрудников и руководителей подразделений дознания УВД по СЗАО Главного управления МВД России по г. Москве, а также руководителей Отдела МВД России по району Куркино г. Москвы, составленной начальником УОД ГУ МВД России по г. Москве М.

8 февраля 2012 года при предъявлении обвинения П. в соответствии со статьей 46 Кодекса старшим дознавателем отделения дознания Отдела МВД России по району Куркино г. Москвы майором полиции Д. обвиняемому было предоставлено право пользоваться помощью переводчика. Однако в ходе перевода на узбекский язык переводчиком была допущена ошибка в дате предъявления обвинения, то есть указана дата «8 января 2012 года», а не «8 февраля 2012 года», которая последним была исправлена. В соответствии со статьей 166 Кодекса протокол предъявляется для ознакомления всем лицам, участвовавшим в следственном действии. Все внесенные замечания, дополнения и уточнения протокола должны быть оговорены и удостоверены, подписаны этими лицами. П. был ознакомлен с постановлением от 8 января 2012 года, а исправления были внесены позже, после окончания следственного действия.

Таким образом, несоблюдение истцом норм Кодекса при проведении дознания по уголовному делу были установлены. Выводы о несоблюдении истцом норм Кодекса, изложенные в заключении служебной проверки, могут быть предметом судебной оценки при рассмотрении гражданского дела по требованиям о нарушении трудовых прав. Соблюдение норм Кодекса в части контроля и отслеживания окончания уголовных дел в установленные законом сроки относится к числу должностных обязанностей истца, в связи с чем в ходе служебной проверки установлен факт ненадлежащего исполнения истцом своих должностных обязанностей, следовательно, у работодателя имелись основания для применения дисциплинарного взыскания.

Процедура привлечения к дисциплинарной ответственности, сроки привлечения к дисциплинарной ответственности соблюдены. До привлечения истца к дисциплинарной ответственности от нее истребовано объяснение 25 июня 2012 года, в котором она выразила свое несогласие с выявленными нарушениями. С заключением служебной проверки истец ознакомлена под расписку 12 июля 2012 года.

В этой связи суд учитывал, что нарушение, допущенное истцом в связи с несоблюдением норм Кодекса при проведении дознания по уголовному делу, привело к необоснованной волоките при расследовании уголовного дела. Кроме того, определение соразмерности применяемого дисциплинарного взыскания тяжести совершенного сотрудником органов внутренних дел проступка относится к полномочиям начальника, правомочного принимать решения о наложении дисциплинарного взыскания.

Из материалов дела усматривается, что истец была ознакомлена с заключением служебной проверки под расписку 12 июля 2012 года. Она подтвердила в судебном заседании, что приказ о применении к ней дисциплинарного взыскания к моменту ее обращения с ходатайством и на момент ответа работодателя не был издан, в связи с чем не мог быть предоставлен истцу. Впоследствии копия приказа о применении дисциплинарного взыскания была выдана истцу, о чем свидетельствует приобщение истцом копии данного приказа к исковому заявлению при предъявлении настоящего искового заявления в суд. Также в ходе судебного заседания истцу была вручена копия заключения служебной проверки.

Таким образом, с учетом вышеизложенных обстоятельств действия ответчика суд не расценил как отказ от предоставления информации. Решение по делу может быть принято в отношении конкретного действия либо бездействия, которое до рассмотрения дела судом имеет место или не прекращено, отсутствие же предполагаемого неправомерного действия (бездействия) не может выступать предметом непосредственного судебного контроля. При таких обстоятельствах суд счел исковые требования в указанной части не подлежащими удовлетворению.

В связи с тем, что нарушение трудовых прав истца при рассмотрении настоящего дела не установлено, отсутствуют основания для взыскания с ответчика компенсации морального вреда.

Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 10 октября 2013 года № 20-П «По делу о проверке конституционности подпункта «а» пункта 3.2 статьи 4 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации», части первой статьи 10 и части шестой статьи 86 Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан Е, К, К, К, Л и С»

Нелимитированное по времени ограничение федеральным законом пассивного избирательного права не может быть оправдано одним фактом судимости как его единственным обоснованием - такое ограничение не может быть необратимым, оно допустимо лишь как временная мера.

Конституционный Суд Российской Федерации признал:

2013      подпункт «а» пункта 3.2 статьи 4 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации»:

соответствующим Конституции Российской Федерации в той мере, в какой установленное им в отношении граждан Российской Федерации, осужденных к лишению свободы за тяжкие и (или) особо тяжкие преступления, ограничение пассивного избирательного права, не являющееся уголовным наказанием, может применяться в механизме общеправовых последствий осуждения без специального указания в приговоре в качестве установленного на определенный срок конституционно-правового дисквалифицирующего препятствия для занятия такими лицами выборных публичных должностей после отбытия ими наказания;

не соответствующим Конституции Российской Федерации в той мере, в какой им установлено бессрочное и недифференцированное ограничение пассивного избирательного права в отношении граждан Российской Федерации, осужденных к лишению свободы за совершение тяжких и (или) особо тяжких преступлений;

положения подпункта «а» пункта 3.2 статьи 4 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» и части шестой статьи 86 Уголовного кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи не противоречащими Конституции Российской Федерации, поскольку предполагается, что сроки вводимых федеральным законом ограничений пассивного избирательного права, по общему правилу, должны устанавливаться соответственно дифференциации сроков судимости, предусмотренных Уголовным кодексом Российской Федерации.

В исключительных случаях за отдельные тяжкие и особо тяжкие преступления, исходя из повышенной степени их общественной опасности федеральным законом могут вводиться ограничения пассивного избирательного права и на более продолжительные сроки - с соблюдением конституционных критериев соразмерности и необходимости;

- положения подпункта «а» пункта 3.2 статьи 4 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» и части первой статьи 10 Уголовного кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи - не соответствующими Конституции Российской Федерации в той мере, в какой данные законоположения по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, служат основанием для отказа в восстановлении пассивного избирательного права гражданам, которые были осуждены к лишению свободы за совершение тяжких и (или) особо тяжких преступлений и судимость которых снята или погашена, в случае принятия нового уголовного закона, в соответствии с которым совершенные ими деяния более не признаются тяжкими или особо тяжкими преступлениями.

Конституционный Суд Российской Федерации указал, что федеральному законодателю надлежит незамедлительно внести соответствующие изменения в подпункт «а» пункта 3.2 статьи 4 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации», а также установить процессуальные гарантии, обеспечивающие возможность восстановления пассивного избирательного права граждан, судимость которых снята или погашена, в случае принятия нового уголовного закона, в соответствии с которым совершенное ими деяние более не признается тяжким или особо тяжким преступлением.

Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 15 октября 2013 года № 21-П «По делу о проверке конституционности положения пункта 1 части 1 статьи 19 Федерального закона «О социальных гарантиях сотрудникам некоторых федеральных органов исполнительной власти и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в связи с запросом Верховного Суда Российской Федерации»

Наличие определенной специфики прохождения службы в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы не означает, что правовое положение их сотрудников-женщин, совмещающих прохождение службы с выполнением материнских обязанностей, должно существенно отличаться от правового положения других государственных служащих.

Конституционный Суд Российской Федерации признал пункт 1 части 1 статьи 19 Федерального закона «О социальных гарантиях сотрудникам некоторых федеральных органов исполнительной власти и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» не соответствующим Конституции Российской Федерации в части, предусматривающей, что в отношении сотрудников, имеющих специальные звания и проходящих службу в учреждениях и органах уголовно­исполнительной системы, — одиноких матерей, воспитывающих детей в возрасте до 14 лет, не применяется часть седьмая статьи 54 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации (утверждено Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 23 декабря 1992 года №4202-1).

Суд, в частности, отметил, что прохождение государственной службы определенного вида само по себе не может служить оправданием для отмены в отношении избравших ее женщин, в том числе одиноких матерей, воспитывающих детей, не достигших 14 лет, правовых гарантий, имеющих целью их защиту от увольнения по сокращению штатов.

Федеральному законодателю надлежит внести в действующее правовое регулирование изменения, направленные на установление для сотрудников, имеющих специальные звания и проходящих службу в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, - одиноких матерей, воспитывающих детей в возрасте до 14 лет, гарантий, обеспечивающих защиту от увольнения в связи с сокращением замещаемой должности вследствие реорганизации учреждений и органов, входящих в состав уголовно-исполнительной системы.

Конституционный Суд Российской Федерации определил, что впредь до внесения в действующее правовое регулирование необходимых изменений сотрудникам, имеющим специальные звания и проходящим службу в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, — одиноким матерям, воспитывающим детей в возрасте до 14 лет, предоставляются социальные и правовые гарантии, которые они как лица с семейными обязанностями получали ранее на основании части седьмой статьи 54 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации.

Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 6 ноября 2013 года № 23-П «По делу о проверке конституционности части первой статьи 56 Закона Российской Федерации «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей» в связи с жалобой гражданина С»

Конституционный Суд Российской Федерации подтвердил право пенсионеров из числа лиц, проходивших службу в силовых ведомствах, на размещение причитающихся им денежных средств в виде пенсий во вклады не только в Сбербанке России, но и в иных банках.

Предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации явилась жалоба на несоответствие Конституции Российской Федерации положений, установленных частью первой статьи 56 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 года № 4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей», согласно которым выплата пенсий, предусмотренных данным Законом, производится по месту жительства или месту пребывания пенсионеров в пределах территории Российской Федерации пенсионными органами федеральных органов исполнительной власти через соответствующие учреждения (филиалы) Сберегательного банка Российской Федерации путем зачисления соответствующих сумм во вклады либо перевода соответствующих сумм через организации федеральной почтовой связи; порядок выплаты пенсий определяется соглашениями, заключаемыми между соответствующими федеральными органами исполнительной власти и Сберегательным банком Российской Федерации.

По мнению заявителя, названные положения, исключая возможность выплаты пенсий, назначенных в соответствии с указанным Законом, через кредитные организации по выбору получателей этих пенсий, ставят их в неравное положение при реализации права на социальное обеспечение по сравнению с иными категориями пенсионеров, которым возможность такого выбора действующим законодательством предоставлена.

Конституционный Суд Российской Федерации признал часть первую статьи 56 Закона Российской Федерации «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно­исполнительной системы, и их семей» не противоречащей Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования ее положения не исключают возможность перечисления Сберегательным банком Российской Федерации денежных средств, получаемых в виде пенсии лицами, на которых распространяется действие данного Закона, во вклады, открытые ими в иных банках на территории Российской Федерации по выбору самих пенсионеров без возложения на них расходов, связанных с оплатой услуг Сберегательного банка Российской Федерации по переводу денежных средств на счета по вкладам в других банках.

РЕШЕНИЕ Именем Российской Федерации Тверской районный суд г. Москвы, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Д. к ГУ МВД РФ по г.Москве о снятии дисциплинарного взыскания, оспаривании отказа в предоставлении информации, компенсации морального вреда

Тверской районный суд г. Москвы, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Д. к ГУ МВД РФ по г.Москве о снятии дисциплинарного взыскания, оспаривании отказа в предоставлении информации, компенсации морального вреда

Установил: Истец обратилась в суд с иском к ответчику о снятии дисциплинарного взыскания, наложенного приказом в виде строгого выговора за допущенные нарушения требований ч.3 т. 172, ст. 166, ч.1 ст.226, ч.3 ст.227УПК РФ, должностной инструкции, выразившиеся в неизвещении о дне предъявления обвинения через администрацию места содержания под стражей П., незаверении исправлений в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого П. всеми лицами, участвовавшими в следственном действии, нарушении срока предоставления уголовного дела с обвинительным актом межрайонному прокурору г. Москвы, неосуществлении организации и необеспечении выполнения возложенных на отделение дознания Отдела МВД России задач и функций, непринятии мер по повышению эффективности работы в отделении дознания, несоблюдении требований Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, указывая на то, что она не совершала нарушений норм УПК РФ, дисциплинарное взыскание не соразмерно тяжести проступка и является следствием предвзятого к ней отношения прокурора, также истец оспаривала отказа в предоставлении информации, а именно в непредоставлеиии документов служебной проверки, копии приказа, компенсации морального вреда в размере 10000 руб.

В судебное заседание истец и ее представитель К. явился, исковые требования поддержали.

В судебное заседание представитель ответчика явилась, возражала

против исковых требований, указывая на то, что дисциплинарное взыскание к истцу применено законно и обосновано, с соблюдением установленного законом порядка. По результатам служебной проверки зам. начальника ГУ МВД России по г. Москве принял решение о привлечении к дисциплинарной ответственности истца в виде строгого выговора, определение соразмерности применяемого дисциплинарного взыскания тяжести совершенного проступка сотрудником внутренних дел относится к полномочиям начальника, правомочного принимать решения о наложении дисциплинарного взыскания.

Суд, выслушав стороны, исследовав материалы дела, считает исковые требования не подлежащими удовлетворению.

Как установлено судом, истец проходит службу в органах внутренних дел на должности старшего дознавателя.

В соответствии со ст.5 ТК РФ регулирование трудовых отношений иных непосредственно связанных с ними отношений осуществляется трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами содержащими нормы трудового права: Трудовым Кодексом РФ, иными федеральными законами: указами Президента РФ, постановлениями Правительства РФ, и нормативными правовыми актами федеральных органов исполнительной власти.

Согласно ст. 11 ТК РФ, особенности правового регулирования труда отдельных категорий работников (руководителей организаций, лиц работающих по совместительству, женщин, лиц с семейным обязанностями, молодежи, государственных служащих и других устанавливаются настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Нормативное регулирование деятельности органов внутренних дел, в том числе вопросы привлечения к дисциплинарной ответственности осуществляется специальным законодательством ФЗ «О полиции»; Положением о службе в органах внутренних дел РФ, утвержденные Постановлением ВС РФ от 23.12.1992г № 4202-1, Инструкцией о порядке применения Положения о службе в органах внутренних дел РФ утвержденной приказом МВД РФ от 14.12.1999г.№1038, а с 01.01.2012г. и ФЗ

«О службе в органах внутренних дел РФ и внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ».

Процессуальная обязанность но доказыванию наличия законного основания для применения дисциплинарного взыскания и соблюдения установленного порядка применения дисциплинарного взыскания возлагается на ответчика.

В соответствии со ст. 192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарные взыскания.

В соответствии со ст. 50 Закона о службе за нарушение служебной дисциплины на сотрудников органов внутренних дел могут налагаться следующие виды взысканий: замечание, выговор, строгий выговор, предупреждение о неполном служебном соответствии, перевод на нижестоящую должность в органах внутренних дел, увольнение со службы органах внутренних дел.

Согласно должностных обязанностей старшего дознавателя, доведенных до сведения истца, к числу ее обязанностей относится: осуществлять организацию и обеспечивать выполнение возложенных на ОД задач и функций, принимать меры по повышению эффективности работы в ОД, контролировать и отслеживать соблюдение требований УПК РФ, состояние законности п

уголовным делам, интенсивность окончания уголовных дел в установленные законом сроки.

Начальником издан приказ в виде строгого выговора за допущенные нарушения требований ч.3 ст. 172, ст. 166, ч.1 ст.226, ч.3 ст.227УПК РФ, должностной инструкции, выразившиеся в неизвещении о дне предъявления обвинения через администрацию места содержания под стражей П., незаверении исправлений в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого П. всеми лицами, участвовавшими в следственном действии, нарушении срока предоставления уголовного дела с обвинительным актом межрайонному прокурору г. Москвы, неосуществлении организации и

необеспечении выполнения возложенных на отделение дознания задач и функций, непринятии мер по повышению эффективности работы в отделении дознания, несоблюдении требований Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Основанием к изданию данного приказа послужило информационное письмо и.о. межрайонного прокурора г. Москвы советника юстиции Д. о допущенных нарушениях уголовно-процессуального законодательства при расследовании уголовного дела сотрудниками Отдела МВД России поступившее в ГУ МВД России по г. Москве.

Служебная проверка назначена поручением в виде резолюции на докладной записке об отмене служебной проверки УВД и проведении служебной проверки по фактам нарушений требований уголовно-процессуального законодательства в отношении сотрудников и руководителей подразделений дознания УВД, а также руководителей ОМВД РФ.

По результатам служебной проверки составлено заключение согласно которого был сделан вывод о необходимости привлечения истца к дисциплинарной ответственности в виде строго выговора.

В ходе служебной проверки изучены материалы уголовного дела и установлено, что старшим дознавателем Отдела МВД России Д. допущено нарушение требований части 3 статьи 172, статьи 166, части 1 статьи 226, части 3 статьи 227 УПК Российской Федерации, выразившееся в том, что содержащийся под стражей обвиняемый П. надлежащим образом о дне предъявления обвинения через администрацию места содержания под стражей не извещен (отсутствует отметка УФСИН России по г. Москве о получении уведомления, а также исходящий номер, что также свидетельствует о ненаправлении уведомления в УФСИН России по г. Москве), что существенно нарушило право обвиняемого на защиту, в незаверении исправлений в постановлении о привлечении качестве обвиняемого П. всеми лицами, участвовавшими в следственном действии; в нарушении срока представления уголовного дела с обвинительным актом межрайонному прокурору г. Москвы.

8 февраля 2012 года при предъявлении обвинения П. в соответствии со статьей 46 УПК Российской Федерации старшим дознавателем Отдела МВД России Д. обвиняемому было предоставлено право пользоваться помощью переводчика. Однако в ходе перевода на узбекский язык переводчиком была допущена ошибка в дате предъявления обвинения то есть указана дата «8 января 2012 года», а не «8 февраля 2012 год которая последним была исправлена. В соответствии со статьей 166 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации протокол предъявляется для ознакомления всем лицам, участвовавшим в следственном действии. Все внесенные замечания о дополнении и уточнении протокола должны быть оговорены и удостоверены подписями этих лиц. Из чего следовало, что П. был ознакомлен с постановлением от 8 января 2012 года, а исправления были внесены позже после окончания следственного действия.

Таким образом, несоблюдение истцом норм УПК РФ при проведении дознания по уголовному делу были установлены. Выводы о несоблюдении истцом норм УПК РФ. изложенные в заключении служебной проверки могут быть предметом судебной оценки при рассмотрении гражданского дела по требованиям о нарушении трудовых прав. Соблюдение норм УПК РФ в части контроля и отслеживания соблюдений требований УПК РФ интенсивности окончания уголовных дел в установленные законом сроки РФ. относится к числу должностных обязанностей истца, в связи с чем в ходе служебной проверки установлен факт ненадлежащего исполнения истцом своих должностных обязанностей, следовательно у работодателя имелись основания для применения дисциплинарного взыскания.

Процедура привлечения к дисциплинарной ответственности, сроки привлечения к дисциплинарной ответственности соблюдены. До привлечения истца к дисциплинарной ответственности от нее истребовано объяснение, в котором она выразила свое несогласие с выявленными нарушениями. С заключением служебной проверки истец ознакомлена под расписку.

Согласно п. 13.4 Инструкции «О порядке организации и проведения служебных поверок в органах, подразделениях и учреждениях системы МВД РФ» дисциплинарное взыскание должно соответствовать тяжести

совершенного проступка и степени вины. При определении вида и меры взыскания принимаются во внимание: характер проступка, обстоятельства, при которых он был допущен, прежнее поведение сотрудника, допустившего проступок, признание им своей вины, его отношение к службе, знание правил ее несения и др.

В этой связи суд учитывает, что нарушение, допущенное истцом в связи с несоблюдением норм УПК РФ при проведений дознания по уголовному делу привело к необоснованной волоките при расследовании уголовного дела. Кроме того, определение соразмерности применяемого дисциплинарного взыскания тяжести совершенного сотрудником внутренних дел проступка относится к полномочиям начальника, правомочного принимать решения о наложении дисциплинарного взыскания.

Доводы истца о том, что применение к ней дисциплинарного взыскания является следствием предвзятого к ней отношения прокурора, в судебном заседании своего подтверждения не нашли.

Таким образом, дисциплинарное взыскание применено с соблюдением порядка и сроков его применения, в связи с чем оснований для снятия дисциплинарного взыскания не имеется.

При рассмотрении требований об оспаривании отказа в предоставлении информации, суд приходит к следующему.

В ходе судебного заседания истец пояснила, что на ее ходатайство работодателем не были предоставлены документы, указанные в ходатайстве, а именно материалы служебной проверки, копия приказа, что привело к нарушению ее трудовых прав.

Вместе с тем, судом установлено, что истец обратилась к работодателю с ходатайством о предоставлении копии материалов служебной проверки, заключения служебной проверки, копии приказа.

На данное обращение ответчиком в адрес истца направлен ответ.

В соответствии со статьей 52 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» сотрудник органов внутренних дел, в отношении которого

проводится служебная проверка, имеет право ознакомиться с заключением по результатам служебной проверки. В связи с чем, получение копий материалов служебной проверки нормативными актами не предусмотрено.

Из материалов дела усматривается, что истец была ознакомлена с заключением служебной проверки под роспись, что она подтвердила в судебном заседании. Приказ о применении к истцу дисциплинарного взыскания к моменту обращения истца с ходатайством и на момент ответа работодателя не был издан, в связи с чем не мог быть предоставлен истцу. Впоследствии копия приказа о применении дисциплинарного взыскания была выдана истцу, о чем свидетельствует приобщение истцом копии данного приказа к исковому заявлению при предъявлении настоящего искового заявления в суд. Также в ходе судебного заседания истцу была вручена копия заключения служебной проверки.

Таким образом, с учетом вышеизложенных обстоятельств действия ответчика суд не может расценить как отказ от предоставления информации, документов о работе. Принимая во внимание, что решение по делу может быть принято в отношении конкретного действия, либо бездействия, которое до рассмотрения дела судом имеет место или не прекращено, отсутствие же предполагаемого неправомерного действия (бездействия) не может выступать предметом непосредственного судебного контроля. При таких обстоятельствах, суд считает исковые требования в указанной части не подлежащими удовлетворению.

В связи с тем, что нарушение трудовых прав истца при рассмотрении настоящего дела не установлено, отсутствуют основания для взыскания с ответчика компенсации морального вреда.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198ГПК РФ, суд

Решил: В удовлетворении иска Д. к ГУ МВД по г.Москве о снятии дисциплинарного взыскания, наложенного приказом в виде строго выговора, об оспаривании отказа в предоставлении информации, компенсации морального вреда отказать.

Решение Именем Российской Федерации Замоскворецкий районный суд г. Москвы рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску К. к МВД РФ, ФКУ «Главный информационно-аналитический Центр» МВД России, ГУ МВД России по г. Москве, ГУ МВД России по Московской области о признании незаконными действий по сохранению, обработке информации, обязании исключить информацию из баз данных

Замоскворецкий районный суд г. Москвы рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску К. к МВД РФ, ФКУ «Главный информационно-аналитический Центр» МВД России, ГУ МВД России по г. Москве, ГУ МВД России по Московской области о признании незаконными действий по сохранению, обработке информации, обязании исключить информацию из баз данных,

УСТАНОВИЛ: К. обратился в суд с иском к МВД РФ, ФКУ «Главный информационно-аналитический Центр» МВД России, ГУ МВД России по г. Москве, ГУ МВД России по Московской области о признании незаконными действий, в своем иске указывает, что Приговором Тимирязевского районного суда г. Москвы истец был признан виновным и осужден по статьям: 120 ч.2, 121 ч.2, 40 УК РСФСР к 7 годам лишения свободы, на основании п. 10 «в» Постановления Гос.Думы ФС РФ «Об объявлении амнистии...» неотбытый срок сокращен на 12.

В 1992 г. истец освобожден условно досрочно с направлением в СНХ. В соответствии со статьей 86 УК РФ судимость погашена, однако данные о привлечении истца к уголовной ответственности были внесены в базу данных ответчиков и сохранены в ней до настоящего времени.

Данные факты подтверждаются справкой ГИАЦ МВД России.

Полагает, что ответчики незаконно сохранили сведения о привлечении истца к уголовной ответственности, поскольку: в соответствии с ч. б ст. 86 УК РФ «погашение или снятие судимости аннулирует все правовые последствия, связанные с судимостью»; размещение информации у ответчиков о привлечении истца к уголовной ответственности в 1989 г. осуществляется на основании нормативного акта – приказа МВД России от 09.07.2007 года № 612 дсп, не

опубликованного в средствах массовой информации, не прошедшего регистрацию в Министерстве юстиции РФ и не публикованного (имеется ввиду текст приказа) на сайте Министерства юстиции России; истец не давал своего согласие ответчикам на обработку своих личных данных, хранение их в базах данных ответчиков.

Ссылаясь на изложенное, просил суд признать действия ответчиков МВД РФ, ФК «ГИАЦ МВД России», ГУ МВД России по г. Москве, ГУ МВД России по Московской области – по сохранению, обработке информации о привлечении истца к уголовной ответственности Тимирязевским райсудом г. Москвы 26.12.1989 года – незаконными; обязать их исключить данную информацию в отношении истца из их баз данных.

Истец в суд явился, заявленные требования поддержал, просил удовлетворить иск в полном объеме.

Представитель ответчика ГУ МВД России по Московской области явился, доводы истца оспорил, просил суд в иске отказать.

Представитель ответчика ФКУ «Главный информационно-аналитический Центр» МВД России, МВД России явился, иск не признал, доводы истца оспорил, просил суд в иске отказать.

Представитель ответчика ГУ МВД России по г. Москве явился, иск не признал, доводы истца оспорил, просил суд в иске отказать. Выслушав объяснения сторон, исследовав письменные материалы дела и оценив все в своей совокупности, суд не находит правовых оснований для удовлетворения требований истца ввиду следующего:

В ходе судебного разбирательства установлено, материалами дела подтверждается и не оспаривается сторонами что Приговором Тимирязевского районного суда г. Москвы в 1989 г. истец был признан виновным и осужден по статьям: 120 ч.2, 121 ч.2, 40 УК РСФСР к 7 годам лишения свободы, на основании п. 10 «в» Постановления

Гос.Думы ФС РФ «Об объявлении амнистии...» неотбытый срок сокращен на 12.

01.11.1992 г. истец освобожден условно досрочно с направлением в СНХ. В соответствии со статьей 86 УК РФ судимость погашена, однако данные о привлечении истца к уголовной ответственности были внесены в базу данных ответчиков и сохранены в ней до настоящего времени.

Данные факты подтверждаются справкой ГИАЦ МВД России.

Обращаясь в суд с требованиями к ответчикам, истец исходит из того, что действиями ответчиков по сохранению, обработке информации о привлечении истца к уголовной ответственности Тимирязевским райсудом г. Москвы нарушены его права в части сохранения его личных данных, хранение их в базах данных ответчиков. Свои требования основывает на положениях ст. 86 УК РФ «погашение или снятие судимости аннулирует все правовые последствия, связанные с судимостью».

Обсуждая данные доводы истца, суд находит их несостоятельными, в силу следующего.

Согласно статье 10 Федерального закона от 27 июля 2006 № 152-ФЗ «О персональных данных» обработка персональных данных о судимости может осуществляться государственными органами или муниципальными органами в пределах полномочий, предоставленных им в соответствии с законодательством Российской Федерации, а также иными лицами в случаях и в порядке, которые определяются в соответствии с федеральными законами.

В соответствии с пунктом 1 ст. 17 Федерального закона от 7 февраля 2011 г. № 3-ФЗ «О полиции» «Полиция имеет право обрабатывать данные о гражданах, необходимые для выполнения возложенных на нее обязанностей, с последующим внесением полученной информации в банки данных о гражданах».

Согласно пунктам 1, 2 части 3 статьи 17 вышеуказанного Закона внесению в банки данных подлежит информация о лицах, подозреваемых или обвиняемых в совершении преступления; о лицах, осужденных за совершение преступления.

ФКУ «ГИАЦ МВД России» является структурным подразделением МВД России, на которое возложено формирование и ведение централизованных оперативно-справочных, криминалистических и розыскных учетов органов внутренних дел Российской Федерации.

Порядок формирования и ведения данных учетов регламентирован приказом МВД России от 9 июля 2007 г. № 612 дсп «Об утверждении Наставления по формированию и ведению централизованных оперативно-справочных, криминалистических и розыскных учетов органов внутренних дел Российской Федерации». Централизованные учеты функционируют в интересах МВД России и других федеральных органов исполнительной власти, осуществляющих дознание, следствие, оперативно-розыскную деятельность; органов судебной власти Российской Федерации, органов прокуратуры Российской Федерации.

В соответствии с Правилами подготовки нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти и их государственной регистрации, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 13 августа 1997 г. № 1009, данный приказ направлялся в Минюст России на государственную регистрацию.

Письмом Минюста России от 12 ноября 2007 г.- № 01/11508 дсп-АБ данный приказ признан не нуждающимся в государственной регистрации. Приговором Тимирязевского районного суда г. Москвы от 1989 г. истец был признан виновным и осужден по статьям: 120 ч.2, 121 ч.2, 40 УК РСФСР к 7 годам лишения свободы, на основании п. 10 «в» Постановления Гос.Думы ФС РФ «Об объявлении амнистии...» неотбытый срок сокращен на 12.

В 1992 г. истец освобожден условно досрочно по определению Заволжского районного суда г. Ульяновска по ст. 53-2 УК РСФСР на 2 года 10 месяцев, с направлением в СНХ. В соответствии со статьей 8 6 УК РФ судимость погашена, однако данные о привлечении истца к уголовной ответственности были внесены в базу данных ответчиков и сохранены в ней до настоящего времени.

Данные факты подтверждаются справкой ГИАЦ МВД России.

Обращаясь в суд с требованиями к ответчикам, истец исходит из того, что действиями ответчиков по сохранению, обработке информации о привлечении истца к уголовной ответственности Тимирязевским райсудом г. Москвы нарушены его права в части сохранения его личных данных, хранение их в базах данных ответчиков. Свои требования основывает на положениях ст. 86 УК РФ «погашение или снятие судимости аннулирует все правовые последствия, связанные с судимостью».

Обсуждая данные доводы истца, суд находит их несостоятельными, в силу следующего.

Согласно статье 10 Федерального закона от 27 июля 2006 № 152-ФЗ «О персональных данных» обработка персональных данных о судимости может осуществляться государственными органами или муниципальными органами в пределах полномочий, предоставленных им в соответствии с законодательством Российской Федерации, а также иными лицами в случаях и в порядке, которые определяются в соответствии с федеральными законами.

В соответствии с пунктом 1 ст. 17 Федерального закона от 7 февраля 2011 г. № 3-ФЗ «О полиции» «Полиция имеет право обрабатывать данные о гражданах, необходимые для выполнения возложенных на нее обязанностей, с последующим внесением полученной информации в банки данных о гражданах».

Согласно пунктам 1, 2 части 3 статьи 17 вышеуказанного Закона внесению в банки данных подлежит информация о лицах, подозреваемых или обвиняемых в совершении преступления; о лицах, осужденных за совершение преступления.

ФКУ «ГИАЦ МВД России» является структурным подразделением МВД России, на которое возложено формирование и ведение централизованных оперативно-справочных, криминалистических и розыскных учетов органов внутренних дел Российской Федерации.

Порядок формирования и ведения данных учетов регламентирован приказом МВД России от 9 июля 2007 г. № 612 дсп «Об утверждении Наставления по формированию и ведению централизованных оперативно-справочных, криминалистических и розыскных учетов органов внутренних дел Российской Федерации». Централизованные учеты функционируют в интересах МВД России и других федеральных органов исполнительной власти, осуществляющих дознание, следствие, оперативно-розыскную деятельность; органов судебной власти Российской Федерации, органов прокуратуры Российской Федерации.

В соответствии с Правилами подготовки нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти и их государственной регистрации, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 13 августа 1997 г. № 1009, данный приказ направлялся в Минюст России на государственную регистрацию.

Письмом Минюста России от 12 ноября 2007 г.- № 01/11508 дсп-АБ данный приказ признан не нуждающимся в государственной регистрации.

Нормативные правовые акты МВД России (приказы и распоряжения), признанные Минюстом России не нуждающимися в государственной регистрации, подлежат опубликованию, за исключением актов МВД России или их отдельных положений,

содержащих сведения ограниченного доступа, персональные данные, а также иную служебную информацию.

Таким образом, суд находит, что действия ответчиков по сохранению, обработке информации о привлечении истца к уголовной ответственности законны, обоснованы и каких либо прав истца не нарушают, при этом суд отмечает, что истцом не представлено суду доказательств нарушения его прав и свобод МВД России и ГИАЦ МВД России в связи с сохранением об истце информации о привлечении последнего к уголовной ответственности.

Кроме того как пояснил представитель ГУ МВД России по г. в базе данных ЗИЦ ГУ МВД России по г. Москве сведений в отношении К. не имеется, иного в судебном заседании не установлено.

Доводы истца о незаконности выдачи справки с указанием его судимости суд также находит данные доводы несостоятельными, поскольку на основании пункта 74 приказа МВД Росси от 7 ноября 2011 года № 1121 «Об утверждении Административного регламента Министерства внутренних дел Российской Федерации по представлению государственной услуги по выдаче справок о наличии (отсутствии) судимости и (или) факта уголовного преследования либо о прекращении уголовного преследования» при наличии имеющейся судимости, а также снятой и погашенной судимости - в графе «имеются (не имеются) сведения о судимости (в том числе погашенной и снятой) на территории Российской Федерации» указывается дата осуждения, наименование суда, вынесшего приговор, пункт, часть, статья УК РФ, УК РСФСР, УК республики союза ССР, на основании которых лицо было осуждено, срок и вид наказания, дата освобождения, основания погашения или снятия судимости.

С учетом изложенного у суда отсутствуют правовые основания для удовлетворения заявленных истцом требований.

Учитывая изложенное и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд,РЕШИЛ: В удовлетворении исковых требований К. к МВД РФ, ФКУ «Главный информационно-аналитический Центр» МВД России, ГУ МВД России по г. Москве, ГУ МВД России по Московской области о признании незаконным действий по сохранению, обработке информации о привлечении К. к уголовной ответственности Тимирязевским райсудом г. Москвы - незаконными; обязании исключить данную информацию из баз данных - отказать.

 

Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 13 мая 2014 года № 14-П «По делу о проверке конституционности части 1 статьи 7 Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» в связи с жалобой гражданина Я»

Конституционный Суд уточнил процедуру уведомления о проведении митингов.

Суд признал не соответствующей Конституции Российской Федерации часть 1 статьи 7 Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях». Норма неконституционна в той мере, в какой она не обеспечивает возможность подачи уведомления о проведении публичного мероприятия для случаев, когда срок подачи уведомления (не ранее 15 и не позднее 10 дней до дня проведения мероприятия) полностью совпадает с нерабочими праздничными днями.

Как указал Конституционный Суд, правовое регулирование трудовых отношений допускает ситуации, при которых число следующих один за другим нерабочих праздничных дней может превышать установленный указанным законом срок подачи уведомления.

В данном деле заявителю было отказано в согласовании шествия, запланированного на 19 января 2012 года, из-за того, что уведомление о его проведении было подано 10 января, то есть с нарушением срока, предусмотренного законом. Из-за того, что в 2012 году «новогодние каникулы» длились с 1 по 9 января включительно, фактически заявитель был лишен возможности провести шествие 19 января.

Конституционный Суд признал, что в подобных ситуациях организатор публичного мероприятия лишается возможности провести мероприятие без каких-либо конституционных оснований, а государство не выполняет свою конституционную обязанность обеспечить защиту права на свободу мирных собраний.

Федеральному законодателю предписано внести изменения в законодательство.

До внесения изменений правоприменительные органы должны исходить из следующего:

если общий срок подачи уведомления совпадает с нерабочими праздничными днями, уведомление может быть подано в последний рабочий день, предшествующий нерабочим праздничным дням;

если это окажется невозможным, правоприменительные органы обязаны обеспечить прием и рассмотрение уведомлений в нерабочий праздничный день;

не допускается продление на период нерабочих праздничных дней срока, в течение которого уполномоченный орган может предложить организатору мероприятия изменить место или время мероприятия, а также устранить несоответствие закону условий его проведения, указанных в уведомлении.

Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 20 мая 2014 года № 16-П «По делу о проверке конституционности пункта 1 части третьей статьи 31 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина Ф»

Конституционный Суд Российской Федерации отказал несовершеннолетним в суде присяжных.

Суд признал соответствующим Конституции пункт 1 части 3 статьи 31 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее – УПК Российской Федерации), который не предусматривает возможность рассмотрения судом присяжных дел о преступлениях несовершеннолетних. Суд решил, что права несовершеннолетних подсудимых в достаточной степени защищаются запретом назначать им пожизненное лишение свободы и смертную казнь, а также дополнительными процессуальными гарантиями.

С 1 августа 2013 года вступили в силу поправки в УПК Российской Федерации, внесенные Федеральным законом от 23 июля 2013 № 217-ФЗ, направленные на совершенствование апелляционного производства. Данные поправки исключили из подсудности областных судов, в частности, дела о преступлениях, за которые не могут быть назначены пожизненное лишение свободы или смертная казнь.

В связи с этим дело заявителя было передано из областного суда в районный суд. Еще до вступления в силу данных поправок заявитель просил, чтобы его дело рассмотрел суд присяжных. После передачи дела в районный суд его рассмотрение присяжными стало невозможным, так как суды присяжных не формируются в районных судах.

Суд указал, что специфика уголовных дел в отношении несовершеннолетних требует наличия у судей высокой квалификации, специальных познаний и навыков. К тому же профессиональный состав суда позволяет обеспечить большую конфиденциальность рассмотрения дела, в которой, как правило, заинтересованы подсудимые. Кроме того, исключение из подсудности суда присяжных отдельных дел сопровождалось предоставлением несовершеннолетним права ходатайствовать о рассмотрении их дела коллегией из трех судей, а также расширением полномочий суда апелляционной инстанции.

Таким образом, внесенные в УПК Российской Федерации поправки не могут расцениваться как ухудшающие положение несовершеннолетних или дискриминирующие их по сравнению с совершеннолетними в вопросах эффективной судебной защиты.

Официальный сайт Министерства внутренних дел Российской Федерации
© 2019, МВД России